Основные тенденции инвестиционной политики арабских стран

Тип:
Добавлен:

Основные тенденции инвестиционной политики арабских стран

В 70–80-е годы прошлого столетия в арабских странах наблюдалась определенная либерализация инвестиционных режимов. Так, например, вместо установки лимитов или даже запрета прямых иностранных инвестиций (ПИИ), как это было достаточно часто в предшествующий период, большинство принимающих государств не только приветствовали ПИИ, но и на самом деле конкурировали между собой за их получение. Ограничения, связанные с созданием и функционированием отделений и филиалов иностранных компаний, были заметно ослаблены. Зарубежные инвесторы все более широко получали право свободно репатриировать прибыли и капиталы. В арабском регионе начали приобретать всеобщий характер гарантии защиты от экспроприации и свободного перевода капиталов. Кроме того, все чаще применялась практика разрешения инвестиционных споров через арбитраж, а также осуществлялась либерализация ряда других аспектов регулирования.

Тем не менее, согласно данным, приведенным в опубликованном в июне 1997 г. докладе ЮНКТАД, доля арабских стран в привлеченных прямых инвестициях в глобальном масштабе в рассматриваемый период постепенно падала. Так, если в начале 80-х годов она составляла 10%, то во второй половине этого десятилетия уменьшилась до 1% (1; 3.07.1997). Начиная с середины 80-х годов прошлого столетия, приток ПИИ в государства Арабского Востока был ниже, чем, например, в такие регионы, как Юго-Восточная Азия и Латинская Америка (2, с. 15).

Уменьшение притока иностранных инвестиций, которое, несомненно, приводило к замедлению темпов хозяйственного роста, вызывало обеспокоенность руководства арабских государств. С целью поощрения более широкого участия зарубежного капитала в экономическом развитии страны рассматриваемого региона в 90-е годы принимали меры по совершенствованию законодательной и институциональной базы в изучаемой сфере и улучшению инвестиционного климата.

Трансформация юридических и институциональных систем регулирования прямых иностранных инвестиций в арабском мире в 90-е годы отражала сдвиги не только в базовых позициях и концептуальных подходах, но и в интенсивности и широте охвата различных секторов экономики. Так, из года в год расширялся круг отраслей, в которых действовали транснациональные корпорации. Инвестиционное пространство, прежде концентрировавшееся почти исключительно на добыче нефти и других природных ресурсов, постепенно начинало включать в себя обрабатывающую промышленность, услуги и высокотехнологичные отрасли.

В течение рассматриваемого десятилетия инвестиционное законодательство в арабских странах становилось более благоприятным для ПИИ, значительно расширилось применение правил и норм международного права (таможенного, договорного и др.) при решении инвестиционных проблем. В этой связи следует подчеркнуть, что несколько десятилетий назад в глобальном масштабе считалось, что международное право должно занимать подчиненное положение по отношению к национальной юрисдикции, что зачастую приводило к существенным нарушениям деятельности в сфере ПИИ. В настоящее время в компетенцию международного права входит значительная часть вопросов, относящихся к прямым иностранным инвестициям и, как ожидается, число их будет и дальше расширяться.

Большинство арабских стран в 90-е годы начали проводить политику поощрения прямых иностранных инвестиций, степень радикальности или умеренности которой заметно различалась в отдельно взятых государствах региона. В частности, некоторые нефтеэкспортеры (ОАЭ, Катар, Бахрейн) стали придерживаться (и достаточно успешно) более либерального инвестиционного курса с целью диверсификации национальных хозяйств. Этот вывод относится также и к Марокко, которое располагает 75% мировых запасов фосфатов.

В других нефтедобывающих арабских странах (например, Саудовская Аравия, Кувейт, Оман) законодательная база улучшалась весьма медленно, инвестиционные нормативные акты продолжали содержать существенные ограничения по отношению к прямым иностранным инвестициям.

Некоторые арабские страны (в первую очередь те, которые не обладают устоявшимися традициями в деле привлечения ПИИ) создали в предшествующий период систему правил, нацеленных на поощрение инвестиций со стороны компаний и частных лиц. Среди государств, которые сформировали подобную базу регулирования, следует прежде всего назвать Египет, Иорданию, Марокко, Тунис, Саудовскую Аравию, Сирию и Судан. В отличие от них, в Ливане либеральные экономические традиции, характеризующиеся высокой степенью открытости по отношению к мировой экономике и достаточно умеренным вмешательством со стороны государства, наряду с гибким законодательством в области торговли, инвестиций и финансов сделали создание подобной системы регулирования не столь необходимой.

Отсутствие цельности и неоднородная структура законодательной базы регулирования ПИИ подтолкнули (прямо или косвенно) некоторые арабские страны к принятию консолидированного инвестиционного законодательства. В качестве примера можно привести принятую в Марокко в 1995 г. Инвестиционную хартию («Investment Charter»), которая заменила несколько отдельных законов, стимулировавших привлечение капиталовложений в обрабатывающую промышленность, добычу полезных ископаемых, туризм, экспортные операции, недвижимость и ремесла. В Тунисе вместо ряда нормативных актов, затрагивавших отдельные секторы экономики страны, вступил в силу Инвестиционный кодекс («Code Unique»).

Значительный шаг в направлении модернизации законодательной базы регулирования прямых иностранных инвестиций в рассматриваемый период сделал Египет, где в 1997 г. был введен в действие новый инвестиционный закон №8, что позволило внести большую согласованность в нормативную базу. Положения этого документа отражают значительный прогресс в инвестиционном законодательстве АРЕ, которое заметно эволюционировало в течение двух последних десятилетий.

Закон №8 (как и закон №230 от 1989 г., который он заменил) не устанавливает минимум египетского участия при осуществлении инвестиций. Иными словами, он разрешает национальному, другому арабскому или иностранному капиталу иметь 100% собственности в любом проекте, который проводится в жизнь в стране согласно этому документу.

Тем не менее, как показывает практика, иностранным инвесторам рекомендуется иметь египетских партнеров, которые в состоянии способствовать успеху совместного предприятия в силу своего опыта, знания местных условий, положения на рынке или финансовых ресурсов. При этом управленческий контроль, как правило, сохраняется за зарубежным акционером, если он обладает большим опытом в соответствующей отрасли экономики.

Закон №8 заметно расширил стимулирование местных и иностранных инвесторов по сравнению с прежним нормативным документом. В частности он предусматривает:

– льготы для таких приоритетных секторов экономики, как инфраструктура, производство запасных частей к автомобилям, программное обеспечение, обслуживание нефтепромыслов;

– дополнительные льготы (например, более длительные «налоговые каникулы») для проектов, осуществляемых в так называемых показательных районах («target development areas»);

– поощрения для малых и средних предприятий;

– льготы для экспортеров и экспортной деятельности.

Закон устраняет ранее действовавшие ограничительные положения в отношении репатриации прибылей или капитала. Компаниям и другим структурам разрешается владеть землей и недвижимостью, необходимыми для ведения деятельности, независимо от национальности владельцев акций, их юридических адресов и долей участия в капитале. Кроме того, закон запрещает аннулирование или приостановку действия лицензии компании или другой структуры, если с их стороны не было допущено серьезных нарушений условий, предусмотренных подобной лицензией. В этой связи следует подчеркнуть, что предыдущий закон разрешал любым административным властям отзывать лицензию после консультации с Главным управлением по инвестициям и свободным зонам (General Authority for Investment and Free Zones – GAFI).

Прибыли компаний и других структур, создаваемых в соответствии с законом №8, освобождаются от подоходного налога. Это освобождение должно применяться с первого финансового года, следующего за началом выпуска продукции или деятельности по профилю компании, в течение пятилетнего периода. Следовательно, фактически «налоговые каникулы» всегда продолжительнее, чем пять календарных лет.

Срок освобождения от налога на прибыль может быть продлен до двадцати лет для акционерных компаний и долей отдельных партнеров в них, если они оперируют за пределами дельты Нила. Территории, на которые распространяется эта льгота, определяются решением кабинета министров.

С суммы, эквивалентной доле оплаченного капитала компании, не взимается корпоративный налог в случае, если она является акционерной компанией, и ее акции зарегистрированы на одной из фондовых бирж. Оценочная стоимость активов, используемых в формировании или увеличении капитала акционерных компаний, товариществ, компаний с ограниченной ответственностью, освобождается от налога на доходы от коммерческой и промышленной деятельности или корпоративного налога. Положение статьи 4 закона №186 от 1986 г. (Customs Exemptions Law), согласно которому устанавливается унифицированная ставка таможенной пошлины в размере 5% стоимости товара, применяется к машинам, оборудованию и другим компонентам, необходимым для создания компаний и других структур в соответствии с законом №8.

В целом закон №8 применим ко всем компаниям и структурам, деятельность которых началась после 11 мая 1997 г. Что касается конкретных юридических норм, под которые они подпадают, то они подробно описаны в статье 1 этого документа. Некоторые дополнительные условия и ограничения содержатся в исполнительских инструкциях, утвержденных декретом премьер-министра №2108 от 1997 г.

Так, к перечисленным в статье 1 закона видам деятельности, кабинету министров разрешается добавлять некоторые другие сферы, исходя из потребностей страны, и / или любые виды деятельности, необходимые для развития египетской экономики. Это положение рассматривается как одно из базовых преимуществ закона №8, поскольку любой вид деятельности пока не предусмотренный в законе, может со временем войти в список, так как правительство обладает полномочиями расширять сферу его действия.

Наиболее крупные виды деятельности, подпадающие под действие закона перечислены ниже:

– мелиорация и возделывание неплодородных земель и / или пустынных земель;

– животноводство, птицеводство и рыболовство;

– добывающая и обрабатывающая промышленность, включая: а) такую промышленную деятельность, как трансформация веществ и сырья, изменение их форм путем соединения, смешивания, обработки или придания им формы, а также сборки частей и компонентов с последующим использованием для производства промежуточной продукции (полуфабрикатов) или конечной продукции (готовых товаров). При этом в указанные в данном разделе закона виды деятельности не вошли табачная промышленность, а также производство алкогольных напитков; б) проектирование машин и оборудования для промышленности; в) разведка запасов руд и металлов, их добыча, измельчение и предварительная обработка;

– туризм и средства транспорта, используемые для туризма, включая наземный, речной, морской и воздушный;

– воздушный транспорт, включая перевозки пассажиров и грузов (регулярные и чартерные рейсы), сооружение, техническое обслуживание и эксплуатацию существующих аэропортов и взлетно-посадочных полос;

– зарубежные морские перевозки;

– услуги в сфере разведки и бурения нефтяных скважин, а также транспортировка газа;

– строительство жилья для сдачи в аренду;

– сооружение, пуск в эксплуатацию и управление объектами инфраструктуры (водоснабжение, дренаж, электроэнергия, дороги и коммуникации);

– производство компьютерного программного оборудования и систем;

– проекты, финансируемые через Социальный фонд развития (Social Fund for Development);

– гарантирование подписки на ценные бумаги.

Помимо этого, действие закона №8 распространяется на виды деятельности, описанные в статье 2 закона №95 от 1995 г. Они, в частности, включают: аренду движимого и недвижимого имущества, оборудования, а также так называемую финансовую аренду.

Несмотря на довольно широкий спектр видов деятельности, подпадающих под действие закона №8, он пока не охватывает все разнообразие инвестиционных проектов. Так, например, в Египте в последние годы бурно развивается рынок капиталов, а рассматриваемый нормативный документ регулирует лишь две сферы, связанные с этим рынком: инвестиции рискового и спекулятивного капитала и страховые гарантии. Другой заметный пробел заключается в том, что на проекты в области экологии и охраны природы не распространяются законодательные льготы. В законе №8 не сформулирован также критерий регулирования инвестиций, связанных с передачей новых технологий, или проектов, способствующих созданию рабочих мест.

Закон №8, с точки зрения защиты инвесторов и предоставления им гарантий, носит достаточно рыночный характер и в целом соответствует современным международным стандартам. Положения, касающиеся прав собственности и лицензий сводятся к следующему:

– секвестрация не может быть наложена на компании и другие структуры административным путем, их собственность и активы не могут быть арестованы, захвачены или удержаны в качестве залога, заморожены или конфискованы;

– никакой административный орган не может отозвать или приостановить лицензию на инвестиционную деятельность, которая была выдана компании или другой структуре, за исключением тех случаев, когда условия лицензии были нарушены. Премьер-министр на основе извещения компетентного административного органа должен издать декрет об отзыве или приостановке лицензии. Заинтересованная сторона имеет право оспорить подобное решение в административном суде в течение 30 дней, начиная с даты получения информации о нем.

Закон №8 содержит ряд положений, касающихся других прав инвесторов и защиты их от административного произвола. В частности, никакой административный орган не может вмешиваться в ценовую политику компаний и структур или в определение их прибылей. Иными словами, компании могут свободно устанавливать цены на свою продукцию. Не существует лимита на их прибыль.

Компании и другие корпоративные структуры имеют право импортировать (прямо или через третьи стороны) все, что необходимо для производства (материалы, машины, оборудование, запчасти, средства транспорта и пр.) в соответствии с характером их деятельности без регистрации в Регистре импортеров в начальной стадии функционирования или в период расширения. Им разрешается экспортировать свою продукцию самостоятельно или через посредников, при этом они не обязаны получать лицензию или регистрироваться в Регистре экспортеров.

Обобщая рассмотренные выше положения, следует подчеркнуть, что закон предписывает административным властям выполнять функцию буфера между инвестором и юридическими органами. Например, мнение того или иного административного органа должно учитываться компаниями, чтобы не доводить дело до судебных разбирательств. Применение закона №8 не ставит под сомнение (и это специально оговаривается в документе) какие-либо налоговые льготы и освобождения или гарантии и привилегии, более благоприятные для инвестора, которые предусматриваются другими нормативными актами египетского законодательства или соглашениями.

Несмотря на то, что закон №8 предоставляет инвесторам более высокую степень защиты и гарантий, в нем, по мнению западных и арабских экспертов, а также автора данной работы, имеется ряд недостатков и упущений. Многие недоработки этого документа связаны, в частности, с тем, что этот закон разрабатывался и одобрялся без какого-либо участия представителей частного сектора. Поэтому некоторые его положения должны быть пересмотрены с тем, чтобы удовлетворить потребности египетского бизнес-сообщества.

Сравнительный анализ содержания нового и предыдущего законов позволил выявить достаточно внушительное число негативных моментов закона №8, которые можно суммировать следующим образом:

Некоторые освобождения, предоставленные инвесторам предыдущим законом (№230 от 1989 г.), были по существу отменены. Так, налоговые изъятия, касающиеся жилья для новых поселений (communities), товарных складов, и сборы с компаний, действующих в свободных зонах, согласно закону №8, теперь рассчитываются на годовой базе, а не при поступлении инвестиции. Более того, были ликвидированы льготы, предоставлявшиеся корпоративным структурам, использующим в своей деятельности услуги и компоненты, поставляемые местными компаниями.

Ряд существенных проблем, связанных с расширением компании или другой корпоративной структуры, не получил отражения в законе. Кроме того, дополнительные пятилетние налоговые каникулы для расширяющегося проекта, которые предусматривались законом №230, были отменены. При этом закон №8 не устанавливает размер компенсации, возмещающей данную льготу. Подобная компенсация оговаривалась во всех предыдущих инвестиционных законах, она должна была определяться на базе рыночных цен.

Закон №8 отменил предоставление правительственных гарантий для инвестиционных займов, которые могут быть выданы государственному сектору международными финансовыми институтами. В настоящее время только Народная ассамблея (парламент Египта) уполномочена обеспечивать подобную гарантию.

Налоговые освобождения, предусмотренные законом №8, предоставляются согласно его исполнительскому регулированию. Легитимность такого решения вызывает вопросы, так как, согласно статье 61 Конституции АРЕ, налогообложение и государственные сборы являются сферами, которые регулируются законодательно. Это означает, что освобождение от налогов должно предоставляться в соответствии с законом, а не исполнительным регулированием.

В законе четко не прописано, что инвестор, который собирается покинуть Египет, имеет право репатриировать свою прибыль и капитал, поскольку правительство исходит из того, что это предусматривается действующим в стране валютным законодательством. Однако, если нынешняя либеральная политика в области валютного регулирования изменится, инвестор может столкнуться с трудностями при репатриации прибыли и капитала.

Статья 28 закона №8 предусматривает, что земля, принадлежащая государству или государственным юридическим лицам, решением кабинета министров может быть предоставлена компаниям и другим структурам бесплатно и в соответствии с процедурами, изложенными в исполнительном регулировании к этому закону. Законность данного положения вызывает сомнения, так как статья 123 Конституции АРЕ гласит, что закон должен определять случаи, когда разрешается безвозмездно распоряжаться недвижимостью, находящейся в государственной собственности, а также правила и регулирование подобных процедур. Соответственно, последние должны быть предписаны самим законодательным актом, а не исполнительным регулированием.

Закон №8 обходит молчанием вопросы, касающиеся налогообложения компаний государственного сектора, находящихся в стадии приватизации.

Статья 14 закона №8 предусматривает, что на акционерные компании, товарищества с ограниченной ответственностью или компании с ограниченной ответственностью, чья деятельность подпадает под юрисдикцию этого нормативного документа и его исполнительного регулирования, не должны распространяться положения статей 17, 18 и 19 закона №159 от 1981 г. Это вызывает критику в свете новых дополнений к перечисленным статьям, сделанным в законе №3 от 1998 г. Критика базируется на том, что учреждение компании согласно названным статьям и дополнениям к ним, содержащимся в законе №3, происходит быстрее и проще, чем это предусматривается законом №8, так как учредители компаний или их правопреемники обязаны только известить компетентные административные власти о создании компании, а также предоставить документы, требуемые в соответствии со статьей 17 закона №159 и дополнениям к ней. Согласно статье 17, компетентный административный орган (Управление компаний – Companies Authority) должен вручить лицу, представившему извещение, сертификат, удостоверяющий образование соответствующей структуры, если все документы, указанные в данной статье должным образом оформлены и приложены к извещению (уведомительный порядок). Затем компания обязана зарегистрироваться в Коммерческом регистре на основании этого сертификата без необходимости выполнения каких-либо других условий или проведения других процедур и несмотря на процент участия в ее капитале партнеров неегипетского происхождения. Компания должна быть открыто зарегистрирована и получить легальный статус по прошествии 15 дней с даты регистрации в Коммерческом регистре. Компетентная административная власть может в течение 10 дней с даты извещения о создании компании опротестовать ее формирование путем отправления зарегистрированного письма по почте в адрес компании. Согласно статье 19 закона №159, в течение 15 дней с даты уведомления о протесте властей компания должна устранить причины возражений или подать жалобу на этот протест в министерство экономики. В противном случае, административный орган обязан издать приказ о вычеркивании ее из Коммерческого регистра.

Теперь сравним описанные процедуры с теми, которые предусматриваются законом №8. Так, согласно ему учреждение любой компании или другой структуры предписано осуществлять следующим образом: заявка на проверку учредительных документов вместе с их копиями должна быть представлена в GAFI; одобрение учреждения компании производится в соответствии с основными принципами, установленными этим Управлением, после завершения проверки и подтверждения подписей учредителей и партнеров. До одобрения (предварительно) должен быть представлен сертификат, подтверждающий, что компания разместила на свое имя в банке, зарегистрированном Центральным банком Египта, сумму, равную, как минимум, одной четверти ее наличного капитала в случае, если это акционерная компания или товарищество с ограниченной ответственностью, или депонировала наличный капитал полностью в случае с компаниями с ограниченной ответственностью. Компании, получившие одобрение на учреждение, должны быть зарегистрированы в Коммерческом регистре. Уполномоченный служащий компании должен представить копию регистрации в GAFI. Описанные процедуры применяются также к каждому дополнению или изменению, сделанному в учредительных документах.

Сравнение со всей очевидностью показывает, что процедуры учреждения компании, согласно закону №159, с исправлениями, внесенными законом №3, более просты и занимают меньше времени, чем предусмотренные соответствующими статьями закона №8. К этому следует добавить, что последний не устанавливает временной лимит для принятия решения об учреждении компании. По контрасту, срок формирования компании, согласно закону №158 от 1981 г. (с изменениями и дополнениями, принятыми в законе №3 от 1998 г.), как уже отмечалось выше, строго оговорен. При этом компетентный административный орган (Companies Authority) не обладает дискреционной властью (не может действовать по собственному усмотрению), так как его право отказать в учреждении новой компании ограничено специфическими причинами. В то же время GAFI в качестве компетентного органа в этой связи имеет широкие дискреционные полномочия для отказа любой компании, желающей учредиться, согласно закону №8.

Несмотря на определенные недостатки закона №8, практики, юристы, бизнесмены и инвесторы сходятся в том, что он стимулирует стабильность на рынке, которая способствует увеличению инвестирования на египетском рынке. Поскольку этот нормативный акт является результатом тридцатилетнего опыта Египта в области инвестиций, он может рассматриваться в качестве модели для других арабских стран, которые не имеют подобных законов. Рассматриваемый документ содержит много конкретных примеров гарантий и защиты для инвесторов, что создает благоприятные условия для привлечения иностранных капиталовложений в более значительных объемах.

регулирование иностранный инвестиция арабский

Список литературы

2. Globalization and Growth Prospects in Arab Countries. IMF. 1997.

3. Investment Regimes in the Arab World. UNCTAD. New-York – Geneva, 2000.

Размещено на

Copyright © 2018 WorldReferat.ru All rights reserved.