'Цветные революции' в начале XXI века: сравнительный политический анализ

Тип:
Добавлен:

Введение

Актуальность исследования. Характерными чертами современного мироустройства являются процессы интеграции и глобализации. На первый план национальных стратегических приоритетов выходят геополитические интересы, которые определяют новые формы и цели внешнеполитической деятельности государств. Контроль или (и) овладение природными ресурсами и территориями являются первоочередной целью ведущих мировых держав, которая определяет содержание и направленность современной международной конфронтации, направленной на борьбу за геоэкономическое и геополитическое влияние.

Проблема заключается в том, что борьба эта осуществляется не открыто, не с позиции жесткой силы. В условиях интегративных процессов это практически невозможно, потому что глобальные взаимодействия и связи создают эффект бумеранга - жесткое грубое воздействие на оппонента приведет в конечном итоге к поражению собственных интересов. Поэтому для этой борьбы применяются принципиально новые методы - применение «мягкой силы».

Основной разновидностью такой борьбы на сегодняшний день является реализация и инспирирование в стране, которая представляет геоэкономический, геополитический интерес, «бархатной» или «цветной революции».

Цветная революция является выработанной теорией и проверенной практикой технологией мирового переустройства. Ее результаты лежат исключительно в сфере экономики и политики и состоят в формировании в государстве, которое представляет экономический и политический интерес марионеточного правительства, которое позволит реализовывать интересы третьих сил в ущерб государству. Цветная революция фактически представляет собой государственный переворот, который осуществлен преимущественно с применением методов ненасильственной политической борьбы, обычно в интересах и при непосредственном участии в финансировании, планировании и организации со стороны иностранного государства.

Актуальность темы исследования обусловлена тем, что в сложившейся геополитической ситуации достаточно велика угроза использования этих технологий в отношении России.

Цель исследования - исследование «цветных революций» в XXI веке.

Задачи исследования:

1.Проанализировать проблемы определения цветных революций;

2.Изучить специфику организации «цветных революции» и их основные этапы;

3.Рассмотреть факторы и технологии организации «цветных» революций в Сербии, Египте и Украине;

4.Исследовать основные механизмы противодействия «цветным революциям»;

5.Проанализировать специфику противодействия «цветным революциям» в пространстве социальных сетей.

Объект исследования - «цветные революции» как инструмент трансформации политических режимов.

Предмет исследования - специфика цветных революций в Сербии, Египте и Украине.

1. Цветные революции» теоретико-методологическое основание исследования

.1 Проблемы определения «цветной революции

В мировой истории проблемы, связанные с демонтажем политических режимов, возникали всегда. Но прежде инструментами этого демонтажа выступали в основном силовые методы в их классическом понимании, т.е. через революцию. По Марксу революция - концентрированное выражение прогресса, а не регресса, поэтому она - «локомотив истории». Это продолжение эволюционного прогресса другими средствами, а не деструктивный бунт. Революция объективно обусловлена, и именно поэтому социальные революции непобедимы. Маркс говорил и о соотношении социальной и политической революции: «Каждая революция разрушает старое общество, и постольку она социальна. Каждая революция низвергает старую власть, и постольку она имеет политический характер».

В XX веке начинают появляться современные концепции революции. Джек Голдстоун в статье, написанной в 1980 году, выделяет три поколения исследователей, занимавшихся в XX веке теориями революции. К первому поколению он относит П. Сорокина, Л. Эдвардса, Г. Лебона, Ч. Эллвуда, Э. Ледерера, Дж. Петти и К. Бринтона, утверждая, что они тщательно исследовали картины революций, но им не хватало широкой теоретической перспективы. Первое поколение разработало модель базовой интерпретации феномена революции, в рамках которого удалось выделить общие черты, стадии и характеристики так называемых великих революций, а также рассмотреть их в качестве переломных точек в истории.

Второе поколение, которое Голдстоун датирует между 1940-1970 годами, на основе политики, социологии и психологии разработало довольно сложный механизм теоретического анализа революции. Голдстоун считает, что к этому поколению относятся Дж. Дэвис, Н. Смелзер, Ч. Джонсон, Т. Гарр, С. Хантингтон. Революции в рамках этих концепций превратились в специфическую реакцию на процесс модернизации и объяснялись тем или иным разрывом между потребностями ушедшего вперед модернизированного общества и отстающей политической системой.

С 1975 года Голдстоун выделяет третье поколение исследователей, которое представило альтернативный анализ революций. Ш. Эйзенштадт, Дж. Пэйдж, Т. Скочпол, К. Тримбергер - представители этого поколения, по мнению Голдстоуна. Третье поколение теорий революций потребовало возвратить государство в центр теоретического анализа революций.

С.Ф. Хантингтон в книге «Политический порядок в меняющихся обществах» определяет революцию как быструю, фундаментальную и насильственную, произведенную внутренними силами общества смену господствующих ценностей и мифов этого общества, его политических институтов, социальной структуры, руководства, правительственной деятельности и политики.

В начале XXI века выходит статья Д. Голдстоуна «К теории революции четвертого поколения», в которой речь идет уже о появившемся четвертом поколении исследователей, касающихся теорий революций. Говоря о четвертом поколении, Голдстоун отмечает, что «прежде четко структурированная подобласть исследований, занимавшаяся в первую очередь немногочисленными «великими революциями» в Европе и в Азии, отныне охватывает и крушение африканских государств, и переход к демократии в Восточной Европе и других странах, и исламские фундаменталистские движения на Ближнем Востоке, и партизанские войны в Латинской Америке». Исследователи четвертого поколения пытаются объяснить микропроцессы революционной мобилизации и лидерства, используя для этого всевозможные подходы: от анализа рационального выбора до социологических и антропологических исследований социальных движений. В связи с этим, по мнению Голдстоуна, «изучение революций переросло в многостороннее исследование самых разнообразных событий».

Другими словами, все исследователи до наступления 80-х годов основывались на опыте классических революций (английской, французской и русской). Появление «цветных революций» стало одной из причин наблюдаемого нами явления на мировой политической карте - падение общей политической стабильности.

Термин «цветных революций» используется для описания как единого явления ненасильственных протестов, которым удалось свергнуть правящие режимы в течение первого десятилетия двадцать первого века. Большинство исследователей определяют «цветную революцию» как технологию осуществления государственного переворота, процесс провоцирования политических, культурных и социально-психологических конфликтов, имеющих четкую стратегическую цель: захват государственной власти.

По мнению А.А. Федоровских, феномен «цветной революции» возник и развивается в рамках стратегии «мягкой силы» (soft power). У каждой революции есть свой символ и формирование символа «цветной революции», который является важным PR-методом осуществления такой революции, что продиктовано необходимостью быть видимым, идентифицируемым, а также содействовать солидарности между демонстрантами. Такой символ должен быть легко узнаваемым, понятным и несложным в нанесении в различных общественных местах. По мнению Б.А. Базыма, человечество находится на стадии социально-психологического этапа цветового символизма, где цвет - символ политики и общества. Однако в «цветных революциях» не только цвет формирует символ. Согласно М.Э. Будиной, все символы можно разделить на три группы по сфере их происхождения: цвет (оранжевый, сиреневый и т.д.); растительный мир (роза, кедр, жасмин и т.д.); окружающий мир (бульдозер, белая лента и т.д.).

Многие события второй половины XX и начала XXI веков исследователи относят к цветным революциям: Революция гвоздик, 1974 г. (Португалия), Желтая революция, 1986 г. (Филиппины), Бархатная революция, 1989 г. (Чехословакия), Бульдозерная революция, 2000 г. (Югославия), Революция роз, 2003 г. (Грузия), Оранжевая революция, 2004 г. (Украина), Пурпурная революция, 2005 г. (Ирак), Тюльпановая революция, 2005 (Киргизия), Революция кедров, 2005 г. (Ливан), Васильковая революция, 2006 г. (Белоруссия), Шафрановая революция, 2007 г. (Мьянма), Сиреневая революция, 2009 г. (Молдавия), Зеленая революция, 2009 г. (Иран), Дынная революция, 2010 г. (Киргизия), Жасминовая революция, 2011 г. (Тунис), Революция лотоса, 2011 г. (Египет). Все эти так называемые цветные революции объединяет одно - это попытка, удачная или неудачная, государственного переворота из-за недовольства политикой властей.

Хронология событий, как правило, одна: определенная часть общества (оппозиционная партия, студенты или военные) недовольная действиями власти проводит митинг; далее возможны варианты:

власть уступает без борьбы, как это произошло в Португалии (1974 г.);

лозунги поддерживаются широкими массами, волнения приобретают масштабный характер и приводят к смене власти (Чехословакия, Югославия, Грузия, Киргизия, Ливан, Молдова, Киргизия, Тунис, Египет);

власть подавляет протестные настроения (оговоримся, что это возможно, только если они не получили поддержки большей части населения), Мьянма.

Таким образом, основой «цветной революции» является недовольство общества действующей властью.

В настоящее время термин «цветная революция» обрел значительную популярность не только в публицистическом, но и в научном дискурсе. XXI век вместе со своим стремительным технологическим прогрессом внес не только качественные и существенные изменения в систему государственного управления и институтов, внедряя их в нынешнюю модель сетевых процессов и транснациональных пространств, но и изменил представления и о системе международных отношений.

В свою очередь, это изменение повлияло на методы ведения противоборства между государствами, а также между остальными субъектами политики. В этой связи важно вспомнить Фукидида, утверждавшего, что война есть социальное явление и метод ведения войны напрямую зависит от политического и социального устройства общества. Таким образом формы противостояния между субъектами политики должны были видоизмениться под давлением современных процессов глобализации.

В политическом дискурсе под «цветными революциями» обычно подразумевают «процесс смены правящих режимов под давлением крупных уличных акций протеста и при поддержке финансируемых другими государствами неправительственных организаций». К более «жестким» определениям ЦР относится следующее. Цветная революция - это государственный переворот, осуществляемый с предпочтительным внедрением способов ненасильственной политической борьбы, силами "цветного" движения, обычно в интересах и при непосредственном преобладающем участии в планировании, организации и финансировании со стороны зарубежного или группы зарубежных государств.

Цветные революции - это технологии государственных переворотов в условиях искусственно созданной нестабильности, в которых на власть оказывают давление в виде политического шантажа при помощи молодежного протестного движения, организованного по особой сетевой схеме. В связи с тем, что задачей цветных революций является осуществление государственного переворота, после успешного ее выполнения «цветная революция» завершается. На практике цветные революции нередко переходят в вооруженные бунты, либо смешиваются с военной интервенцией, но для технологов «цветников» использование военной силы является вынужденной мерой. В связи с тем, что цветные революции являются технологиями демонтирования политических режимов, они являются причиной возникновения условий для вмешательства иностранных государств во внутренние дела страны, ставшей жертвой «цветной революции», для военного вмешательства, военного мятежа, гражданской войны.

На первый взгляд может показаться, что для устранения неугодного режима, более подходящим и простым способом может быть военное вмешательство, но история прошлого века показала нам, что этот способ является более дорогостоящим. Так же в сравнении с цветной революцией, он выглядит менее интеллектуальным и совершая открытое военное вмешательство в дела другого независимого государства, страна в некоторой степени теряет привлекательность и ее осуждением занимаются другие державы. Кроме этого, сменив режим насильственным путем, у местного населения может появиться чувство того, что их оккупировали и настоящие интересы граждан не были учтены.

Цветные революции лишь снаружи вызывают ассоциацию с настоящими революционными движениями. По большей степени сам термин «цветная революция» имеет под собой другую революцию, нежели ту, которую люди обычно имеют ввиду. В отличии от «настоящих» революций прошлых веков, которые были более органичными и естественными, новое явление не совсем изучено и является всего лишь условным обозначением. Цветная революция - это не классическая революция в ее понимании. Причина здесь кроется в том, что при появлении новых явлений, не всегда можно найти их аналогии в истории, так произошло и с данным термином. Важно заметить, что цветные революции пересекаются с другим явлением, под названием «Гибридные войны» и некоторые исследователи их отождествляют. Но все-таки не смотря на наличие между ними своеобразных точек сопряжения, главным отличием все же являются преследуемые цели. Если гибридная война преследует поражение противника, причем война идет достаточно комбинированная и не в классическом виде, то целью цветной революции является ликвидация правящего режима путем государственного переворота.

Множество современных исследователей акцентируют внимание на том, что сегодня на политической арене возникают силы негосударственной природы в виде ТНК, криминальных структур, террористических и радикальных организаций, и что современным государствам приходится считаться с этими игроками в вопросах мировой политики и экономики.

В свою очередь во многом благодаря этим факторам исключительная монополия государства на насилие пошатнулась: значительная прибыль ряда частных военных компаний (ЧВК), в том числе и частных разведывательных агентств, говорит о том, что все чаще участие в военных и разведывательно-диверсионных операциях принимает частная структура, а не государственная.

Современная военная мысль, подпитываясь теориями сетецентричной войны Себровски-Гарстка и стратегии непрямого действия Лиддела Гарта, в целом определяет, что масштабные разрушительные войны начала и середины XX в. ушли окончательно в прошлое. На смену им приходят локальные вооруженные конфликты с применением ограниченного военного контингента, которые часто трансформируются в современную форму партизанской войны. Стремление к локализации и минимизации масштабов боевых действий вполне объяснил сам Лиддел Гарт, считая, что в будущем государствам придется считаться с тем, что объявление традиционной войны с применением всех средств вооружения приведет к взаимному тотальному уничтожению. В такой войне не будет победителей.

Как следствие реакцией на осознание этой проблемы, по мнению Лиддела Гарта, станет поиск новых способов противоборства, которые не будут наносить значительные разрушения инфраструктуре и промышленности, но тем не менее будут выполнять поставленные политические задачи. В данном случае речь идет о методах давления на своего противника с применением различного рода агрессии: политической, военной и т.д.

В поддержку этого тезиса можно привести мнение исследователя А.Я, Нейматова, который полагает, что целью современной войны является вынуждение противника заключить сделку: таким образом, речь идет об ограниченной войне в том традиционном понимании, как понимал это Клаузевиц.

«Цветные революции» в этом ключе рассматриваются как форма политической агрессии: в отечественном научном дискурсе принято обозначать эти процессы как попытки иностранного вмешательства в дела суверенного государства. В целом, такая позиция имеет право на существование: учитывая, что прямое военное столкновение между государствами маловероятно, и попытка осуществления государственных переворотов часто является ничем иным, как способом давления на правящий режим.

Объединяясь в единую концепцию наступления посредством использования сетевых технологий в интернет- и киберпространстве, нельзя исключать вероятность того, что чаще всего организация тех или иных массовых выступлений граждан и забастовок является когерентной спланированной стратегией по трансформации форм гражданского неповиновения в форму военного противостояния правящему режиму: гражданской или партизанской войны.

Важно здесь отметить, что не всегда причины возникновения «цветных революций» подготовлены иностранным государством или прихотью его политического истеблишмента: современное положение дел характеризует участие в подобных акциях множества представителей негосударственных субъектов политики, которые реализуют свои политические или экономические интересы.

Свой вклад в подготовку «цветных революций» вносит и криминал, который с развитием информационных технологий приобрел новое лицо: все чаще о себе заявляет организованная киберпреступность, которая также участвует в «большой политике». Так, свое участие подтвердили множество организаций киберпреступников в событиях политического кризиса на Украине и в ходе гражданской войны в Сирии.

В связи с этим возникает огромная сложность в понимании истинных причин возникновения «цветной революции» в той или иной стране, так как большая часть необходимой для анализа информации либо засекречена из соображений госбезопасности, либо невозможно определить источники, что свойственно современным мировым сетевым процессам.

Важно отметить, что результаты «цветных революций» можно определить следующим образом.

1.«Цветные революции» приводят к разрушению государственности и созданию локального хаоса.

2.Политический кризис приводит к возникновению гражданской или партизанской войны.

3.Успешные «цветные революции» усиливают политическое и экономическое влияние того или иного субъекта политики в регионе.

Особенность подхода к «цветным революциям» как к военным средствам противоборства, нежели политическим, не отменяет того факта, что сам этот процесс остается в рамках правого и политического поля. В этом и удобность данной стратегии организации государственных переворотов, что нельзя применить военную жесткую силу по отношению к их истинному организатору, привести его к ответственности по нормам международного права. Чего нельзя сказать об участниках, которым приходится сталкиваться с агрессивной реакцией правящего режима, и наоборот.

.2 Специфика организации «цветных революций» и их основные этапы

На протяжении последних десятилетий в мире происходят глобальные политические перемены. Однополярный мир не оправдал себя. На мировой политической арене появляются новые яркие игроки (Россия, Индия, Китай). В.В. Путин 1 июля 2014 года на совещании послов и постоянных представителей России заявил: «Вряд ли остаются сомнения в том, что однополярная модель мирового устройства не состоялась. Народы и страны все громче заявляют о решимости самим определять свою судьбу, сохранять свою цивилизационную и культурную идентичность, что вступает в противоречие с попытками некоторых стран сохранить доминирование в военной сфере, в политике, финансах, экономике и идеологии». В результате система однополярного мира рушится, что явно идет вразрез с геополитическими интересами США и подконтрольных им политических альянсов Западной Европы.

При таких условиях мы становимся свидетелями появления новых механизмов управления политическими процессами в мире, которые используются в политической борьбе между основными игроками. Применяются похожие технологии и способы их реализации. Усматривается применение сценария с общими чертами. Все это, на примере разных стран, является доказательством того, что имеет место использование «мягкой силы» как одного из инструментов цветных технологий, которые становятся действенным механизмом внешней политики.

Опыт последних лет показывает, что «цветные революции», как правило, проводятся в несколько этапов. Их очередность обычно бывает следующей:

а) использование существующей социально-политической напряженности в стране при тайном и обильном финансировании оппозиционных групп; одновременное выделение и подготовка лидеров этих движений с прохождением соответствующих учебных курсов за рубежом;

б) стимулирование мирных уличных акций протеста, используя неопытность правящих режимов, по которым решено нанести удар; провоцирование органов государственного управления на непродуманное и безответственное реагирование;

в) по мере ожесточения протестных акций и появления первых случаев кровопролития в ходе начавшихся репрессий расширение масштабов пропагандистской кампании с подключением быстрой реакции на нее международной прессы;

г) использование «социальных сетей» для распространения информации (отчасти верной, отчасти ложной), порочащей находящееся у власти правительство, которое в данной ситуации оказывается не в состоянии отреагировать иначе, как силой;

д) складывающаяся ситуация вызывает спиралевидно нарастающую конфронтацию, которая часто становится смертельно опасной для власти; на правительство ставится клеймо преступного режима; все основные СМИ оказывают систематическую поддержку оппозиционерам, отождествляя их с мирно протестующим «народом»; зарубежные страны вводят санкции против правящего режима, который единодушно признается криминальным, и против лидера страны, столь же единодушно провозглашаемого «кровавым диктатором»;

е) как демонстрирует украинский пример (а хронологически это последняя из проведенных «цветных революций»), далее ситуация перерастает в стадию вооруженной борьбы на улицах; политическое решение становится уже невозможным, и остается только выбор между капитуляцией «тирана» и его побегом или крупномасштабной гражданской войной.

Конечно, на всех этапах этих «революций» безусловной необходимостью является массовая и систематическая поддержка извне. Но сам факт такой поддержки никогда не должен стать достоянием западного общественного мнения. Это обеспечивается благодаря соучастию в подготовке и проведении «цветных революций» господствующих на Западе СМИ.

Цветная революция является инструментом запуска механизма смены власти в стране. Происходит запуск внешнего управления политических процессов в стране в условиях преднамеренно созданного политического кризиса. От настоящих революций, которые носят идеологическое и духовно-нравственное начало, цветные революции, в первую очередь, отличаются высокой степенью технологичности и информационной подготовленности. Присутствует целевая направленность на определенные слои гражданского населения с ярко выраженным использованием элементов политической пропаганды. При этом сама цветная революция не несет в себе никаких идей. Безусловно, фундаментом цветных революций являются проблемы, накопившиеся внутри страны - политический и экономический кризис, отсутствие диалога между властью и обществом.

Еще один характерный признак цветной революции - декларируемые мирные протесты. Силовые структуры, армия отходят на второй план, а основным инструментом воздействия на политический режим выступают митинги и демонстрации гражданского населения. Лозунги и требования направлены на решение экономических или социальных проблем. Если власть своевременно не реагирует, в требованиях начинают появляться политические нотки, характер демонстраций приобретет политический оттенок. Нарастающая агрессия этого движения направляется на действующий политический режим, который представляется авторитарным и тираническим. Смена действующей власти, демократизация, право народа на самоопределение являются основными лозунгами. Изначально давление на режим происходит в форме шантажа и угроз. Сопротивление власти - шаг к вооруженному восстанию. В этот момент под эгидой поддержки «демократических сил» в страну могут вводиться вооруженные силы стран, заинтересованных в смене политического режима. Действия протестующих определены сценарием. По ходу развития событий сценарий редактируется в зависимости от характерных особенностей региона.

Вначале происходит формирование групп, которые впоследствии будут составлять основу массового протестного движения, главной силы, которая будет двигателем будущей цветной революции. Группы имеют лидера и нескольких активистов. Многие из лидеров, прежде чем стать таковыми, проходят специальную подготовку в спецшколах или обучающих центрах. Эта команда начинает активную работу по вербовке. Как правило, используется технология создания в социальных сетях онлайн-сообществ. Впоследствии социальная сеть выполняет роль детонатора информационного взрыва. Для молодежи уготовлена главная роль. Это ударная сила цветных революций. Вовлечь ее в протестное движение проще всего. Молодые люди испытывают потребность в самоутверждении и признании, готовы ради этого принимать участие в самых опасных мероприятиях, если они обещают впоследствии успех, причем немедленный. Такие группы в определенный момент выходят на улицы крупных городов. Таким моментом может стать любое событие, которое получило широкое общественное обсуждение. Такое событие может быть сфабриковано. Вброс информации о фальсификации выборов может стать тем самым событием, которое привлекло внимание общества и стало предметом обсуждения, причиной нарастания эмоционального возбуждения. Сформированные группы выходят на улицы, где активисты провоцируют стихийные массовые протесты, демонстрации, митинги. В протестное движение вовлекается еще больше людей. Начинают работать инструменты конфликтной мобилизации. Развивается всеобщая паника, истерия, импульсивность действий, все это превращает протестное движение в легко управляемую извне человеческую массу. Многочасовые митинги позволяют накачать толпу негативом к действующей власти и ощутить единение в борьбе за справедливость и ценности демократии. Работают психологические приемы, воздействующие на подсознание людей. Человек утрачивает свою индивидуальность, превращается в винтик социальной машины. Активисты в этот момент действуют четко и целенаправленно - обеспечивается питание, средства нападения (металлические прутья, бутылки, камни). Действующему политическому режиму выдвигаются требования, ультиматумы. В качестве угроз - обещания начать массовые беспорядки, погромы. В этот момент власть должна оперативно отреагировать на вызов, в противном случае ее дни сочтены.

Мир движется по пути глобализации, но при этом не становится стабильным, а скорее наоборот, все чаще возникают внутригосударственные и международные конфликты, хаос. Катализатором этого управляемого хаоса стали цветные революции, которые кардинально меняют или поменяли международные отношения, привели к разрушению исторически сложившихся систем ценностей в регионах. При этом нарушается не только политическая структура самого государства, но и создается опасность и неопределенность в регионе.

Становление «цветного» революционного процесса происходит в условиях «ненасильственного» перехвата власти у правительства, не решающегося ею пользоваться, либо останавливающегося перед употреблением законного, но в тоже время сравнительно массового насилия (разгон несанкционированных митингов, протестных шествий и т. п.). Сила легитимной власти в целом и народного лидера, в частности, заключается также в наличии надежных и преданных силовых структур, которых невозможно ни запугать, ни подкупить. Не менее, а, возможно, даже более весомым является уверенность в своей правоте, легитимности и законности.

Это далеко не все. Любая, даже экспресс-революция предлагает собственного лидера, который будет символом протеста. Таким образом, возникает фигура лидера, не запятнанного ни действием в соответствии с прежним режимом, ни открытым сотрудничеством со странами Запада. В силу этого правящий режим сталкивается с объединенным фронтом оппозиции, который чрезвычайно трудно расколоть. Если же объединения оппозиции не происходит, то «революция» затухает и шаг за шагом переходит в стадию протестов маргинальных сил.

Обычно все происходит во время предвыборной кампании в стране- мишени, именно в тот период, когда повышается политическая активность населения, вместе с этим внушаемость масс также повышается, а способность к критическому анализу, в свою очередь, снижается.

Точкой начала акций протеста является момент окончания подсчета голосов избирателей, когда в присутствии представителей «своих» СМИ делается громкое заявление о подтасовке итогов голосования и выдвигается обвинение власти в нарушении избирательного законодательства.

С этого момента начинается внедрение в сознание граждан страны представления о том, что выборный механизм не прозрачен и не легитимен, за ним необходим контроль третьей стороны. Массово начинают создаваться разного рода комитеты «рассерженных горожан», «обманутых избирателей» и т.д. Зарождается система параллельного контроля состояния за ситуацией в стране: не только со стороны государства, но и со стороны разного рода международных организаций и «независимых» наблюдателей. На этой фазе с помощью ряда социальных технологий, используемых оппозицией, контроль за ситуацией с выборами может полностью перейти в руки третьей стороны. При этом на политическую арену оппозицией выдвигается некий «единый» кандидат, имеющий, согласно подконтрольным оппозиции СМИ, «широкую народную известность и поддержку».

Каждая технология подразумевает повторение одной и той же очередности простейших операций. Организационная технология подразумевает неоднократное чередование одной и той же очередности этапов или фаз. И «цветные революции» не исключение.

Состоявшиеся «цветные революции» проходили по весьма схожим моделям, что дало основание политологам характеризовать их как «сценарные революции». В качестве ключевого момента выбираются, как правило, общенациональные выборы. План состоит в том, чтобы обратить мнимые подтасовки результатов голосования к собственной выгоде и использовать их для того, чтобы разжечь массовые протесты. Оппозиция заранее заявляет о своей победе, а любые другие результаты объявляет фальсифицированными. Значительная часть населения, убеждаемая в том, что власти готовят масштабную подтасовку результатов голосования, подталкивается к массовому протесту. Создается своего рода идеология «переворота»: избрать честную власть в ходе честных выборов. Главные методы воздействия при этом выходят за правовые рамки: захватываются центральные площади, блокируются ключевые правительственные здания.

Анализ череды «цветных революций» позволяет прийти к выводу, что молодежь, организованная в самые разные движения и течения, является основной опорой подобного рода действий внутри государства-цели. Этому способствуют присущие молодым людям максимализм, обостренное чувство справедливости и желание перемен. При этом молодежь лучше организована, мобильна и креативна, но не всегда четко ориентируется как во внутриполитической, так и во внешнеполитической ситуации.

Активно задействуются электронные средства массовой информации и телекоммуникации, а также подконтрольные оппозиции печатные СМИ. Благодаря подконтрольным СМИ можно легко создать в глазах населения иллюзию массового протестного движения, показать яркие акции и события, проверить достоверность которых порой бывает очень трудно.

Информационный поток, идущий со стороны организаторов «революции», выполняет следующие функции:

-ведет непрерывную работу с массовым политическим сознанием;

-легитимирует в глазах народа руководителей оппозиционной борьбы и их действия.

Обобщенный алгоритм организации и проведения «цветной революции» включает следующие звенья:

1.Раскрытие энергетического потенциала социальных групп, способных принять участие в революции.

2.Определение политических соединений, способных быть главной действующей силой политического неповиновения.

3.Подготовка в разного рода военизированных лагерях (скаутских, пионерских, туристических и т.п.) с помощью специальных тренингов

«ударных сил» для будущей «революции».

4.Выстраивание цепочки практических целей, наиболее приближенных к нуждам и чаяниям масс страны-мишени.

5.Обеспечение преимуществ оппозиционным силам в СМИ, в первую очередь электронных.

6.Использование зрелищных массовых акций, целью которых является побуждение протестной активности среди наиболее недовольных граждан.

7.Приведение общества в состояние анархии, начало массовых беспорядков.

8.Контроль за уличными акциями протестов из тщательно скрываемых центров, которые были созданы организаторами заранее.

.После захвата власти происходит негласная чистка всей предыдущей администрации в государственном аппарате. Идет расстановка своих сил в органах власти и управления, в силовых структурах и наделение их «чрезвычайными» полномочиями.

«Цветные революции» стали вероятными благодаря тем обстоятельствам, что внешними и оппозиционными силами стали подконтрольны общественные настроения, направленные в заблаговременно подготовленную инфраструктуру. Сейчас следует определить людей, организующих цветные революции. Судя по анализу случаев, перевороты организуются, как правило, частью старой элиты, бывшей у власти в предыдущие периоды, а после перешедшей в оппозицию и выдвинувшей собственные идейные лозунги и требования. У подобной оппозиции в лице бывших министров присутствуют сторонники в числе действующих министров, переходящих на сторону оппонента в главный момент.

В то же время за кулисами событий стоят мастера: советники дипломатических миссий, иностранные политические консультанты, лидеры молодежи, знающие успех победы и сделавшие «подрывные технологии» собственным ремеслом и средством получения благосостояния. Они в большинстве случаев работают в западных институтах и коммерческих организациях, как правило, американских.

Главной составляющей в организации любой цветной революции является захват площадей и улиц городов. Он осуществляется при помощи массовости. Коллективные действия на улицах, глобальные акции были созданы для имитации массового социального протеста, вовлечения большего числа людей.

Научно-технические составляющие завершающей ступени «цветных революций» вступают в работу не одновременно, а в четком порядке:

-опубликование результатов выборов, нерентабельных оппозиции;

-групповые акции оппозиции и митинги;

-оказание влияния на власть, помощь оппозиции со стороны Запада, в основном со стороны Соединенных Штатов;

-исправление результатов в сторону оппозиции.

В день голосования собираются сведения, доказывающие фальсификацию, и эти данные стремительно распространяются в пределах всего государства, после чего большинство людей выходят на улицы. После этого им необходимо мирно взять контроль над государственными учреждениями для доказательства перехода законной власти в другие руки. Если правоохранительные органы не противодействуют протестующим, то дело считается сделанным.

По окончанию голосования и объявления неблагоприятных для оппозиции результатов выборов, местная избирательная комиссия начинает подготовку итоговых данных. Временной разрыв между публикацией предварительных и конечных данных, как правило, составляет около двух недель. Это незамедлительно приводит в действие оппозицию, данные которой, как сообщают международные наблюдатели, не совпадают с официальными. Начинаются групповые акции протеста, движущей силой которых являются молодежные политические движения. Лозунгом этих движений становятся заявления об украденной победе. Основное содержание этих «переворотов» - групповые действия с уличными выступлениями, которые направлены на предотвращение попыток фальсификации итогов выборов. Выдвигаются требования соблюдения самой важной конституционной нормы - право на честные и свободные выборы.

На правительство, которое якобы фальсифицировало выборы, начинают давление «демократические государства» и «мировая общественность». Активнее всех в этом процессе снова выступают Соединенные Штаты и делают это уже на уровне муниципальных структур и различных правозащитных фондов.

Скоординированное внутреннее и внешнее давление на власть приводит к изменению результатов выборов в пользу оппозиции, что приводит к смене власти. Данная ступень является кульминацией «цветной революции». Все предыдущие действия были лишь подготовкой к удачному финалу. Именно на этом этапе после групповых забастовок, митингов и откровенного давления правительств западных государств и общественных организаций происходит переход власти к оппозиции.

На основании изложенного можно констатировать следующее:

-«цветная революция» всегда представляется как «мирная»;

-трансформация ее на заключительной стадии в вооруженную насильственную акцию должна быть объявлена как результат беспощадных и кровавых ответных действий со стороны «тирана», которого необходимо свергнуть;

-для реализации требований двух предыдущих пунктов используются управляемые из-за границы «социальные сети»;

-необходимо систематическое воздействие основных западных СМИ на общественное мнение в поддержку демонстрантов;

-обязательное условие успеха заключается в поддержке протестующих западными правительствами, допускается применение различного рода дипломатических угроз;

-необходимо оказание систематической организационной и финансовой помощи протестующим со стороны функционирующих в стране НПО.

Результатом становится либо победа «цветной революции» и свержение объявленного «тираном» правителя, либо дискредитация устоявшего режима и его изоляция на международной арене как «государства-изгоя» вплоть до следующей попытки осуществления «цветной революции».

2. Факторы и технологии реализации революций в Египте, Украине и Сербии

.1 Факторы возникновения и развития

В середине второго десятилетия XXI в. вопросы, связанные с иностранным вмешательством во внутренние дела суверенных государств, продолжают оставаться в фокусе внимания международной общественности. За последние полтора десятилетия мир стал свидетелем целого ряда в той или иной степени инспирированных и поддержанных извне ненасильственных государственных переворотов («цветных революций»): в Сербии, на Украине и Египте. В каждом конкретном случае существовала своя специфика, однако механизмы подготовки и осуществления перехвата власти у легитимных правительств в целом были идентичны и развивались по одной и той же схеме.

Ключевой особенностью «цветных революций» является с одной стороны их умелое подражание истинному общенародному порыву, революционному движению, который получает оценку со стороны мирового «демократического» сообщества как форма народного волеизъявления. Однако на себя обращает внимание тот факт, что «цветные революции» произошли и в ряде государств с достаточно устойчивыми политическими режимами, более или менее стабильной экономикой, которая могла бы в отдельно взятых государствах быть охарактеризованной как прогрессивная. Результатом «цветных революций» стал частичный или полный демонтаж господствующих политических режимов, которые не только долгие годы сопротивлялись внутренним и внешним врагам, но при этом могли обеспечить соблюдение принципов правового государства, соблюдение свобод и основных прав своих граждан, определенные социальные гарантии в стране и т.п.

Первая цветная революция произошла в Сербии в октябре 2000 г., и она получила название «бульдозерной революции». В отечественной, сербской и английской научной литературе существуют исследования, в которых рассматриваются отдельные внутренние и внешние аспекты данного государственного переворота. Авторы обращаются к таким специфическим вопросам, как деятельность западных специальных служб и неправительственных организаций по расшатыванию режима Милошевича, перипетии внутрипартийной борьбы в Сербии, создание молодежной организации «Отпор» и конструирование антимилошевской оппозиции, наконец, детальный ход непосредственно октябрьского госпереворота. Основной акцент делается на изучении технологий демонтажа режима С. Милошевича. Подобный подход значительно расширяет научное поле исследования, так как, на наш взгляд, именно «бульдозерная революция» ста- ла отправной точкой и шаблонной моделью для дальнейшей стратегии США по ненасильственной смене политических режимов в целом ряде стран.

Технология «цветной революции» подразумевает значительную экономию времени, необходимого на ее подготовку, и как следствие, дает результат с наименьшими издержками. Говоря о наиболее значимых моментах «цветных революций» необходимо понимать, что они не тождественны традиционному представлению о революциях, это принципиально новое явление наших дней. Отсутствие новых идей в условиях современной революции, приводит к тому, что в европейских странах изжившие и дискредитировавшие себя либеральные идеи свободы, мультикультурализма и народовластия, начинают отрицаться, а общество скатывается в анархию, в исламских странах на волне «цветных революций» идейный вакуум начинают наполнять радикальные проекты религиозных доктрин, что приводит к распространению фундаментализма со всеми вытекающими последствиями. Именно поэтому в Ливии, Сирии и Тунисе сразу же после так называемой «арабской весны» получили широкое распространение и были поддержаны народными массами террористические группировки и радикальные проповедники.

Следующее принципиальное отличие «цветной революции» от классической, заключается в том, что полноценная революция ломает и перестраивает все сферы жизни общества и его социальные институты, ускоряет социальную мобильность, «цветная же революция» в силу отсутствия идеологической доктрины, и иных целей, стремиться только лишь к смене политических элит. Это объясняется своеобразной неполноценностью таких революций, их идейной пустотой и отсутствием объективных факторов для ее протекания. Еще со времен В.И. Ленина, все хорошо помнят признаки революционной ситуации, когда «верхи» не могут, а «низы» не хотят жить по-старому, и происходит ухудшение жизни больше обычного. Так вот ни один из перечисленных моментов не имел места быть в странах, где произошли «цветные революции». Уровень жизни граждан был намного выше, по сравнению с послереволюционными событиями, а действующие власти обладали легитимностью и реальной политической силой. Да и нарастающего народного протеста не намечалось.

Таким образом «цветную революцию» нельзя считать революцией в привычном смысле этого слова, однако нельзя классифицировать данное явление и как дворцовый переворот или бунт, в силу того, что в первом случае в процесс смещения власти задействована узкая группа лиц, а в «цветных» событиях участвуют широкие массы народа.

Важной особенностью «цветных революций» на стадии их подготовки является активная работа многочисленных неправительственных организаций (НПО) - благотворительных фондов, аналитических центров, волонтерских движений, религиозных общин и сект, активно финансируемых Западом. Так, для свержения режима С. Милошевича в начале августа 2000 года США открыли в Будапеште специальное бюро помощи оппозиционным партиям Югославии. Среди его сотрудников было около 30 политтехнологов и специалистов по «цветным революциям», многие из которых участвовали ранее в такого рода операциях в Польше, Чехословакии, Бирме, Ираке. С помощью британских спецслужб была создана организация «Новый сербский форум». Через него устраивались регулярные поездки сербских специалистов и ученых в Венгрию для обучения ненасильственному сопротивлению у западных экспертов. Деньги направлялись в правые оппозиционные партии и СМИ через такие организации, как Институт открытого общества Дж. Сороса и Национальный фонд поддержки демократии (США), через SEED («Поддержка демократии в Восточной Европе»). По мнению экспертов, всего в Сербию только через SEED поступило 15,3 млн. долл. в 1998 году, 24,3 млн. - в 1999 году и, наконец, 55 млн. долл. в 2000. Для их распределения использовались, в частности, каналы организации Балканская инициатива при Американском институте мира.

Если внимательно изучить «цветные революции» то всегда можно обнаружить большое количество неправительственных организаций, стоящих за протестным движением. Первоначальная задача таких организаций создание так называемого информационного шума - огромного объема информации, в котором простой обыватель просто теряется, затем внимание общественности переключается на комплекс проблем (социальных, политических), которые есть в любом обществе. На данном этапе информационной обработки общества масштабы проблем искусственно увеличиваются, предлагаются результаты социологических опросов, которые якобы демонстрируют низкий рейтинг действующей власти, информация подается эмоционально в виде коротких фейковых вбросов. На данном этапе очень важно привлечь к себе внимание молодежи и представителей среднего возраста, так как они с одной стороны более подвержены информационному воздействию, с другой - эти категории населения легче будет вывести на митинги и протесты в случае необходимости.

Именно для них создается впечатление политического плюрализма, свободы выбора и самостоятельности действий, так как первоначально, многие общественные движения могут противопоставляться друг другу и изображать конкуренцию между собой. Однако это все элементы одной системы, действующие самостоятельно и независимо только до определенного периода времени. В случае необходимости, НПО выводят своих сторонников на различного рода митинги, где встречаются группы с диаметрально противоположными взглядами от либерально настроенной интеллигенции, до радикально националистических группировок. Главная задача «цветной революции» на данном этапе заключается в сплочении этих разношерстных социальных сил и направлении их энергии против общего врага - государственного лидера. Обязательно появляется идея разделения общества на «наших» и «чужих», когда под последними подразумеваются все противники эскалации революционного конфликта. В результате такого разделения в обществе появляется страх оказаться вне модного течения, которое заявляет о себе намного громче, чем правительственные силы. Все это приводит к эмоциональному разогреву толпы, окончательному отключению у нее критического сознания и появлению коллективного, легкоуправляемого мышления. Формула истины «наши - враги» становится постоянно действующим источником интерпретаций, позволяющих превратить любое событие в интересах «цветной революции».

После того, как различные общественные силы оппозиции собраны на площадях, им необходим единый лидер, способный объединить эти разрозненные социальные группы. Обычно таким лидером является человек якобы из народной среды, не связанный ни с прозападными кураторами, ни с действующей властью. Если такой лидер находится, то расколоть оппозиционный фронт будет намного сложнее, а «цветная революция» перейдет в следующую фазу своего развития. В противном же случае, когда протестные силы не могут предоставить общественности такого лидера или не способны договориться между собой, «революция» затухает сама по себе и маргинализируется.

Теоретические исследования западных идеологов «цветных революций» в значительной мере были реализованы в ходе смещения в процессе выборов Слободана Милошевича в Сербии в 2000 году (так называемая бульдозерная революция).

Главной предпосылкой к перевороту в Югославии была непрекращающаяся гражданская война, которая включала в себя ряд межнациональных конфликтов между сербами с одной стороны и хорватами, босняками и албанцами с другой, а также конфликты между босняками и хорватами в Боснии и Герцеговине и албанцами, и македонцами в Македонии, вызванные религиозными и этническими противоречиями. Югославская война стала самой кровопролитной в Европе после Второй мировой войны.

По мнению западных аналитиков, план свержения правительства Югославии начал осуществляться американской администрацией уже с ноября 1998 года - в форме поддержки сепаратистов в Черногории и правой оппозиции в Сербии

июля, после обнародования даты проведения в Сербии федеральных и местных выборов, представители Белого дома провели встречу с лидерами сербских оппозиционных партий и рекомендовали им объединиться вокруг единого кандидата в президенты - Воислава Коштуницы, который, согласно опросам общественного мнения, проведенным американским социологическим агентством Perm, Schoen and Berland Associates, был способен получить достаточно голосов для победы в первом туре.

В начале августа 2000 года Соединенные Штаты открыли в Будапеште специальное бюро для оказания помощи оппозиционным партиям Югославии, среди сотрудников которого было около 30 специалистов по психологической войне, участвовавших ранее в спецоперациях во время агрессии НАТО против Югославии и Ирака. Значительно возросло финансирование оппозиционных правозащитных НПО, СМИ, политических партий, студенческих и молодежных групп. Активизировались международные организации, занимавшиеся вопросами построения демократии в Восточной Европе. Акторы публичной дипломатии (в данном случае уместнее сказать «средства психологической борьбы») США и ЕС - «Голос Америки», радио «Свободная Европа», BBC, «Немецкая волна», агентство «Франс- Пресс» - с утроенной энергией передавали в Сербию с территории сопредельных стран антиправительственные радио- и телепередачи. Причем многие передатчики незаконно использовали те же частоты, что и правительственные станции.

В этих условиях Милошевич, ошибочно уверовав в собственную популярность в народе и слабость оппозиции, решился на весьма смелый политический ход. В июне 2000 г. парламент Союзной Республики Югославия принял ряд поправок к конституции, в частности изменив порядок выборов президента - вместо парламента его теперь должны были избирать в ходе всеобщих и прямых выборов. Внешне демократические изменения, по сути, преследовали совсем иные цели, позволяя Милошевичу переизбираться еще на два четырехлетних срока. Кроме того, они резко ослабили позиции 650-тысячной Черногории по сравнению с 7,5-миллионной Сербией. 27 июля 2000 г. Милошевич подписал указ о проведении осенью того же года выборов, причем не только в югославский парламент и в местные муниципалитеты, срок для которых уже пришел, но и на пост президента Югославии. Мандат Милошевича истекал лишь летом 2001 г., и он мог бы еще оставаться у власти целый год, но решил назначить выборы на 24 сентября 2000 г.

С этого момента начался последний, решающий период борьбы оппозиции и стоявшими за ней США с режимом Слободана Милошевича. В ее авангарде предсказуемо оказался «Отпор», который запустил две масштабные параллельные кампании - «Пойди и проголосуй!» и «Он готов».

Как только началось голосование, США (которые не располагали своими наблюдателями на местах) сразу же обвинили правящий режим в фальсификациях и нарушениях избирательного процесса. Этот информационный вброс был подхвачен всеми глобальными СМИ. Нарастало и военно-политическое давление со стороны Запада. Силы НАТО развернули военные учения в соседних с Сербией Болгарии и Румынии. Британский министр иностранных дел Р. Кук прямо заявил накануне событий 5 октября, что Белграду «не стоит забывать о постоянном и значительном присутствии» НАТО по соседству. Активно задействовались и механизмы «мягкой силы». Так, например, всего за неделю до выборов ЕС выпустил «Послание сербскому народу», в котором обещал снять санкции против Сербии только в случае победы В. Коштуницы. Рассчитывать на какую-либо внешнепо- литическую поддержку Милошевич не мог. Так, традиционный союзник Сербии - Россия, по справедливому замечанию Н.А. Новодержкина, «набив много шишек в югославском урегулировании и оказавшись фактически вытесненной с Балкан, почти демонстративно не вмешивалась в балканские дела». Белградский режим оказался в международной изоляции.

сентября, не дожидаясь подсчета всех голосов, штаб оппозиционного кандидата объявил о победе. По заявлению оппозиции, которая сумела в тесном контакте с «Отпором» и прозападными НПО подготовить более пятнадцати тысяч работавших на экзит-поллах волонтеров, В. Коштуница набрал 52 % голосов при 33 % у С. Милошевича. Победу Коштуницы уже в первом туре признали не только независимые наблюдатели и ДОС, но и другие партии, не входившие в прозападную коалицию, например, радикалы В. Шешеля. Сербская православная церковь призвала Милошевича мирно передать власть новому лидеру страны. Однако в Центральной избирательной комиссии заявили, что ни один из кандидатов не набрал необходимых для победы в первом туре 50 %. В ночь с 3 на 4 октября были оглашены официальные результаты, согласно которым Коштуница получил лишь 48,22 %, а Милошевич - 40,25 % голосов. Второй тур должен был состояться 8 октября 2000 г. ДОС объявила, что отказывается участвовать во втором туре, поскольку ее кандидат уже одержал победу в первом туре голосования. 26 сентября лидеры оппозиции по главе с З. Джинджичем провели в Белграде секретное совещание, на которое не был приглашен даже Коштуница. В ходе встречи была выработана стратегия противостояния режиму Милошевича на ближайшие дни, по сути, разработан план свержения законного президента страны. Заговорщики договорились устроить массовые демонстрации в провинции и организовать всенародный марш на Белград. В случае применения оружия со стороны правоохранительных органов было решено отвечать тем же.

Кульминация событий должна была произойти в ходе митинга в центре Белграда, назначенного противниками действовавшей власти на 5 октября. Все это время лидеры оппозиции проводили активные консультации с руководителями армии и полиции, требуя от них не применять силу против безоружных демонстрантов. Одновременно разрабатывался детальный план перехвата власти у Милошевича. Как признавался позже один из оппозиционных лидеров, антиконституционный переворот только внешне выглядел как спонтанное народное выступление на улицах Белграда; на самом деле «революция» была тщательно спланирована и больше напоминала военную операцию. Из провинции на Белград должны были выдвинуться заранее сформированные колонны автобусов и грузовиков. Основную ударную силу в самой столице составляли безоружные активисты «Отпора» (хотя у «революционеров» было и относительно небольшое - несколько сотен человек - вооруженное крыло, готовое применить насилие против органов правопорядка и сторонников законного режима в любой момент.

Рано утром 5 октября из провинциальных центров в направлении Белграда выдвинулись десятки и сотни единиц автотранспорта с протестующими, объединенные в пять колонн. Самая большая из них состояла из пятидесяти двух автобусов, двухсот тридцати грузовиков, нескольких сотен автомобилей, десяти тысяч человек и растянулась на шестьдесят пять километров. Полиция, не желавшая использовать оружие, пропускала «революционеров».

В самом Белграде был организован заранее запланированный митинг против манипуляций на выборах, послуживший катализатором массовых волнений.

После взятия парламента воодушевленная успехом толпа двинулась к зданию редакции Государственного радиотелевидения Сербии, которое также было захвачено (вновь при непосредственном участии бульдозера Джокича) и сожжено. За исключением двух случайных жертв «бульдозерная революция» закончилась бескровной победой оппозиции.

На протяжении целого десятилетия после окончания биполярной конфронтации Сербия неизменно становилась мишенью для атак Запада. Свержение Милошевича произошло на фоне активного давления извне: экономического (западные санкции), военно-политического (войска НАТО вокруг Сербии), информационного (пропагандистское иновещание на Сербию).

Следующий яркий пример: революция в Египте. Египет считался страной с достаточно успешной экономикой. Его относили к категории «пробуждающихся» рыночных хозяйств, демонстрирующих устойчивый экономический рост в течение целого десятилетия. Сам Хосни Мубарак удостоился похвалы за введенные им экономические реформы, включавшие приватизацию и борьбу с засильем бюрократии. Чиновники Международного валютного фонда с волнением рассказывали о внушительном росте иностранных инвестиций в египетскую экономику, цитировали популярный слоган каирских властей: «Египет открыт для бизнеса».

И вдруг начались массовые демонстрации, и тогда экономистам стало ясно, что они прозевали самое главное. Стабильное экономическое положение неожиданно стало плохим, а просвещенный Мубарак-реформатор превратился в безжалостного Мубарака-диктатора. Международные кредитные компании поспешили снизить рейтинг Египта, а Барак Обама не только не протянул дружественному египетскому президенту руку помощи, а, напротив, стал всячески ему намекать на необходимость немедленной отставки.

Так, в одночасье, Египет превратился в символ нищеты, обремененное социально-экономическими недугами государство третьего мира, в котором имеет место колоссальный разрыв в доходах между узкой прослойкой богатой элиты и десятками миллионов людей, которые живут на два доллара в день. Не случайно народные волнения называли «интифадой голодных».

Египетская «цветная революция» сопровождалась серией уличных демонстраций и протестов в Каире, Александрии и некоторых других городах (в том числе в столицах иностранных государств около посольств Египта) с 25 января по 11 февраля 2011 г., которая привела к отставке сначала правительства, а затем и президента Хосни Мубарака, находившегося у власти с 1981 г. В результате революции к власти сначала пришло временное военное правительство, а затем на последовавших президентских выборах 2012 г. победу одержал кандидат от «Братьев- мусульман» Мохаммед Мурси.

Кроме отставки президента протестующие требовали отмены чрезвычайного положения, борьбы с безработицей, увеличения минимальной заработной платы, решений проблем нехватки жилья, роста цен на продовольствие, отсутствия свободы слова и низкого уровня жизни.

По мнению ряда экспертов и журналистов основными причинами волнений в Египте являлись: бессменное 30-летнее нахождение у власти одного клана, как следствие - невозможность для оппозиционных сил реализовать свои амбиции, отсутствие механизмов социальной защиты неимущих слоев населения, безработица, а также некоторые структурно- демографические факторы.

По замечаниям многих аналитиков протесты в Египте подстегнула революция в Тунисе, вызвав эффект домино. Подобно Тунису, в Египте в самом начале волнений имели место случаи публичных самосожжений. Так 17 января 2011 г. студент сжег себя перед зданием парламента в Каире. Как и волнения в Тунисе, волнения в Египте были подробно освещены мировыми информационными агентствами и получили различные имена: «Твиттерная революция», «Молодежная революция», «Горчичная революция», «Курортная революция», «Дынная революция», «Финиковая революция», а также «Революция пирамид».

Определенную роль в событиях в Египте сыграл Мохаммед эль- Барадей. Уже 19 января 2011 г. бывший глава МАГАТЭ египетского происхождения Мохаммед аль-Барадеи в интервью журналистам связал ситуацию в Египте с Тунисом и заявил, что президент Х. Мубарак может быть свергнут, поскольку «народ ждет перемен». Еще в феврале 2010 г. Мохаммед аль-Барадеи, уйдя с поста главы МАГАТЭ, заявил о создании оппозиционного движения и заявил о желании стать президентом Египта.

Copyright © 2018 WorldReferat.ru All rights reserved.