ТЕОРИЯ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА, ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА (ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ)

Тип:
Добавлен:

СЕРИЯ «ПОДГОТОВКА К ЭКЗАМЕНУ»

В.Н. Протасов

ТЕОРИЯ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА

ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА

ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ

МОСКВА Новый Юрист 1999

ББК 67.99 П78

Рецензент:

Северухин Владимир Александрович — кандидат юридических наук, доцент, Заслуженный юрист Российской Федерации

П78 Протасов В.Н. Теория права и государства. Проблемы тео­рии права и государства: Вопросы и ответы. — М.: Новый Юрист, 1999. —240с. (Серия «Подготовка к экзамену»)

ISBN 5-7969-0068-4

В форме вопросов и ответов изложены темы учебных курсов «Теория права и государства» и «Проблемы теории права и госу­дарства», в том числе те, которые не нашли достаточного освеще­ния в учебной литературе. Издание, без сомнения, окажет читате­лям неоценимую помощь при подготовке к зачетам, а также к семестровым, курсовым и государственным экзаменам. Избранная автором форма изложения позволяет достаточно быстро и легко вспомнить пройденный курс при подготовке к экзамену или зачету.

Для студентов юридических вузов.

ББК 67.99

ISBN 5-7969-0068-4

© Протасов В.Н., 1999

© Новый Юрист (оформление, оригинал-макет), 1999

1. ПРИЗНАКИ И ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРАВА

К признакам права можно отнести следующие:

1. Право - это явление общественное. Оно возникает как продукт общест­ва на определенной ступени его развития.

2. Право есть регулятор социально значимого поведения человека, разно­видность социальных норм. Оно имеет дело с социальной сферой, которая включает в себя:

а) людей;

б) отношения между людьми (общественные отношения);

в) поведение субъектов общественных отношений.

3. Содержание права определяется потребностями общественного разви­тия, интересами участников общественного процесса, отраженными в обще­ственном сознании.

4. Право по своей природе (сущности) есть средство (инструмент, форма) социального компромисса в масштабе общества, установления баланса соци­альных интересов, справедливого распределения благ, мера социальной сво­боды индивида.

5. Через механизмы общественного сознания и коллективной воли реаль­ный баланс интересов в зависимости от расстановки политических сил более или менее адекватно отражается в формальных источниках права, что оз­начает приближение права к своему идеалу или отступление от него, от сво­ей сущности.

6. Право как разновидность социальных норм обладает качеством нор­мативности; оно действует как типовой регулятор, адресаты которого опре­делены не конкретно, поименно, а общими признаками (возраст, вменяе­мость, общие признаки юридического лица и т. п.). Нормативность права проявляется и в неоднократности действия юридических норм: они вступа­ют в процесс регулирования всякий раз, когда возникают типовые ситуации, установленные как условия их действия. Нормативность формируется как результат обобщения и фиксации устойчивых, повторяющихся социально по­лезных отношений и поступков людей.

7. Действие права основано на принципе применения равных мер к участни­кам общественных отношений независимо от их индивидуальных особенностей (физической силы, умственных способностей, социального положения и т. п.), то есть к фактически неравным субъектам (принцип формального равенства).

8. Нормы права должны быть объективированы вовне, закреплены в опре­деленных официальных формах (источниках права в формальном смысле): нор­мативно-правовых актах, правовых обычаях, юридических прецедентах и др.

9. С точки зрения внутренней организации право есть система (целост­ность), состоящая из элементов, связанных целесообразными отношениями (структурой) и взаимодействующих друг с другом.

10. Право общеобязательно. В отличие от других социальных норм, оно представляет собой единую (и единственную) общегосударственную норматив­ную систему, которая распространяет свое действие на всех членов общества.

11. Праву присуща процедурность. Процедуру как детально регламентиро­ванный порядок, последовательность в осуществлении тех или иных дейст­вий в какой-то мере используют все социальные регуляторы. Но в праве процедурность (как и нормативность) выражена наиболее глубоко: в системе права существуют целые процедурные отрасли (гражданское процессуальное, уголовно-процессуальное и др.). Процедура касается как реализации, так и издания юридических норм.

12. Право действует как интеллектуально-волевой регулятор поведения. Право имеет не только специально-юридический, сугубо правовой механизм действия, но и психологический механизм: оно не может регулировать пове­дения иначе как через сознание и волю людей. В определенном аспекте пра­во можно рассматривать как информационную систему, содержащую инфор­мацию властного характера, которая, будучи осознана, детерминирует волю и поведение субъектов.

13. Право тесно связано с государством. Государство выявляет правовые притязания общества и оформляет их в процессе издания нормативно-право­вых актов (а также путем делегирования полномочий на издание норматив­но-правовых актов, санкционирования устоявшихся обычаев, создания юри­дических прецедентов), то есть «возводит в закон». Оно также осуществляет контроль за осуществлением юридических предписаний и в необходимых случаях обеспечивает их властную реализацию.

14. Право охраняется государственным принуждением. Никакие другие социальные нормы не обеспечены возможностью государственно-принуди­тельной реализации (речь может идти лишь об их поддержке со стороны го­сударства).

15. Признанием необходимости государственной охраны права в понятие права вводится понятие правонарушения: право для того и нужно, чтобы пре­секать отклонения от наиболее важных с общественной точки зрения вариан­тов поведения. То есть в качестве признака права можно назвать то, что оно всегда имеет дело с отклоняющимся от нормы поведением.

Определений права существует множество. И это вполне закономерно, поскольку никакое определение не может охватить всех признаков понятия. Тем более такого понятия, как «право», к характеристике которого существу­ют самые разнообразные подходы. В то же время в какой-то мере такое мно­гообразие определений права полезно, так как оно позволяет рассмотреть право с разных позиций, под разными углами зрения и на этой основе соста­вить о нем многомерное, объемное представление.

С учетом названных признаков можно сказать, что право есть оформлен­ная в официальных источниках и гарантированная государством единая в масштабе общества нормативная система, призванная регулировать социаль­но значимое поведение участников общественного процесса на основе балан­са интересов, согласования воль и правовых притязаний всех слоев общества.

А вообще более плодотворным в этом направлении является не формули­рование каких-либо определений, а совершенствование правопонимания на основе углубленного изучения свойств права.

2. ФОРМЫ (ИСТОЧНИКИ ПРАВА): ПОНЯТИЕ И ВИДЫ

Одним из объективных свойств права как социального регулятора являет­ся формальная определенность, то есть определенность по форме. Правовые нормы должны быть обязательно объективированы, выражены вовне, содер­жаться в тех или иных формах, которые являются способом их существова­ния, формами жизни. Без этого нормы права нельзя признать наличными, су­ществующими, не говоря уже о том, что они без внешнего объективирования не смогут выполнять свои задачи по регулированию поведения.

Такая постановка вопроса может быть признана противоречащей нали­чию естественного права, неотчуждаемых прав человека, которые издавна противопоставляются позитивному (писаному) праву. Однако мировая прак­тика уже показала, что развитие и полноценную реализацию права человека могут найти (и находят) через их закрепление в писаном праве, в норматив­но-правовых актах. Проф. А.Б. Венгеров справедливо замечает, что «в XX ве­ке по критерию формы права исчезает разница между естественно-правовы­ми положениями, вытекающими из самого существования человека (его основными правами и свободами), и другими правовыми положениями. Форма становится единой для всех сфер права - объективированное закреп­ление получают все правила поведения в актах и иных источниках».

То, что издавна именуется естественным правом, с точки зрения совре­менных задач и представлений составляет объективную основу права в виде правовых притязаний общества, определяющих содержание правовых пред­писаний. А уже дело государства - оформить это содержание в официальных источниках.

С проблемой объективирования права вовне связан ряд понятий и терми­нов, в которых нужно разобраться. Так, следует различать «форму права» и «правовую форму». Правовой формой именуют в целом правовые средства, когда они используются для опосредования тех или иных социальных процессов, решения социальных задач. Например, правовые формы регулирова­ния экономики.

Наряду с формами объективирования права, которые в этом случае назы­вают внешней формой, выделяют внутреннюю форму права, под которой по­нимают форму его внутренней организации, способ связи элементов (то, что в теории системного подхода именуется структурой).

Формы внешнего выражения норм права называют еще источниками пра­ва. Однако и этот термин неоднозначен. Выделяют источники права в фор­мальном смысле (формы права), источники права в материальном смысле (материальные условия жизни общества, которые объективно вызывают воз­никновение права, необходимость правового регулирования), источники знаний о праве (тексты законов прошлых эпох, летописи, исторические хро­ники и т. п.). Говорят об источниках права и в идеологическом смысле - пра­вовое сознание общества, взгляды, идеи, юридические доктрины.

Исторически первой формой права (или источником права в формальном смысле) явился правовой обычай - обычай, санкционированный государст­вом. По содержанию он остается тем же самым правилом поведения, но обре­тает возможность государственно-принудительной реализации: если не срабо­тает сила привычки, к делу подключится государство. Государственное санкционирование обычая производится двумя способами:

а) путем указания на обычай в нормативно-правовом акте (отсылки к обычаю);

б) использованием обычая в качестве нормативной основы судебного реше­ния. Если норма (правило) обычая полностью воспроизведена в тексте норма­тивно-правового акта или положена в основу судебного прецедента, то качест­ва самостоятельного источника права (правового обычая) обычай не обретает:

норма обычая существует уже в форме нормативного юридического акта или судебного прецедента.

В российской правовой системе роль правового обычая как источника права незначительна. Ссылки на применение международного обычая име­ются в Консульском уставе, Кодексе торгового мореплавания. Однако право­веды предполагают, что с развитием рыночной экономики и частного права значение обычая для российского права должно возрасти, о чем свидетельст­вует, например, введение в Гражданский кодекс РФ ст. 5 «Обычаи делового оборота».

Обычное право господствовало на ранних этапах развития правовых сис­тем. Однако оно используется и в современных правовых системах США, Ан­глии, ФРГ, в мусульманском праве. Велико значение обычая в развивающихся странах Азии, Африки и Океании. Источником международного права обычай признан Конвенцией ООН о международной купле-продаже товаров 1980 г.

Второй вид источников права - судебный прецедент, который признавал­ся источником права еще в Древнем Риме (преторское право). Был распрост­ранен в средние века. Важным источником права судебный прецедент в на­стоящее время является в странах, в которых получило распространение анг­ло-саксонское общее право (в Англии, США, Канаде, Австралии). Во всех этих странах публикуются судебные отчеты, из которых можно получить ин­формацию о прецедентах. Признание прецедента источником права означа­ет признание у суда правотворческой функции, условием чего, в принципе, являются высокая правовая культура и развитое правовое сознание как су­дебной системы, так и общества в целом, демократические традиции, отла­женные системы информации и социального контроля.

Суды не «творят» прецеденты, не изобретают их. С помощью прецедентов суды официально закрепляют уже фактически сложившиеся в обществе нор­мы. Суд может создавать прецедент как в случае отсутствия соответствующего закона, так и при его наличии. Прецеденты устанавливаются не всеми суда­ми, а только высшими судебными инстанциями. В Англии к таким инстанци­ям относятся Высокий суд. Апелляционный суд, палата лордов.

В российской правовой системе судебный прецедент официально источ­ником права не признан. Хотя, как отмечается в литературе, тенденция к та­кому признанию имеется.

В сфере управленческой деятельности государства источником права мо­жет быть административный прецедент.

Итак, юридический прецедент (судебный или административный) - это ре­шение судебного или административного органа, которое послужило образцом (эталоном, примером) при рассмотрении подобного (аналогичного) дела и ста­ло юридическим правилом. Строго говоря, судебный прецедент - это судебное решение, в котором суд фиксирует, находит новую юридическую норму и ис­пользует ее для решения своего дела, то есть прецедентом может быть названо и единичное судебное решение. Вместе с тем в странах «общего права» полага­ют, что прецедент создается несколькими судебными решениями.

Третьим видом источников норм права можно назвать нормативно-пра­вовой договор. Нормоустанавливающее значение договоров признается во всех правовых системах. Однако нужно отличать договор как источник пра­ва (нормативный договор) от правового договора как индивидуального юри­дического акта (например, договор купли-продажи в гражданском праве), который устанавливает не юридические правила, а конкретные юридические права и обязанности конкретных субъектов. Нормативно-правовым догово­ром выступает соглашение субъектов права, которое содержит новые юриди­ческие правила. Наибольшее значение договор как источник права имеет для международного и конституционного права, с развитием рыночных от­ношений получает распространение в сфере гражданского и трудового пра­ва. И вообще можно говорить о перспективности нормативно-правового до­говора как источника юридических норм.

Четвертым (и важнейшим) источником права является нормативно-пра­вовой акт. (См. о нем следующий вопрос.)

В качестве источника права может выступать юридическая доктрина (пра­вовые теории, учения о праве). Существенное значение она имела для права Древнего Рима. Наиболее известным римским юристам предоставлялось пра­во давать разъяснения, обязательные для судов. В настоящее время доктрина признается источником норм в мусульманском праве. В Англии судьи неред­ко обосновывают свои решения ссылками на труды ученых.

Во многих странах как континентального, так и общего права, источни­ком норм являются общие принципы права.

3. НОРМАТИВНО-ПРАВОВОЙ АКТ: ПОНЯТИЕ И ВИДЫ

Нормативно-правовой акт используется как основная форма права в стра­нах с так называемым «писаным» правом, к которым относится и Россия. Его характерные черты определяются тем, что он, с одной стороны, является од­ним из источников юридических норм, а с другой - разновидностью правовых актов. Таким образом, нормативно-правовой акт:

а) содержит юридические нормы;

б) представляет собой официальный письменный акт-документ;

в) является результатом особой деятельности государства, которую имену­ют правотворческой.

Нормативно-правовой акт может приниматься также в порядке делегиро­ванного законодательства или референдума, но так или иначе с участием го­сударства и выражением его воли.

С учетом названных признаков нормативно-правовой акт можно опреде­лить как официальный письменный акт-документ, содержащий юридические нормы и принимаемый в определенной процедурной форме:

а) компетентными органами государства;

б) в порядке делегированного законодательства;

в) в пороядке референдума.

Нормативно-правовые акты следует отличать от другой разновидности правовых актов - индивидуальных юридических, а главное - от актов при­менения права. Их объединяет общая юридическая природа, и те и другие со­держат государственно-властные предписания, но у актов применения эти предписания имеют индивидуальный, конкретный (по субъектам и содержа­нию) характер.

Основная задача нормативно-правового акта, как и любой формы права, -хранить правовую информацию и оптимальным образом доводить ее до сведе­ния адресатов. В этом плане нормативно-правовой акт является наиболее удоб­ной и совершенной формой права - как для «рядовых» субъектов права, так и для государства. Посредством него государство может оперативно осуществ­лять правовое регулирование, реагировать на правовые потребности общества, координировать всю работу по управлению общественными процессами.

Виды нормативно-правовых актов. Они делятся прежде всего на законы и подзаконные нормативно-правовые акты.

Закон обладает следующими признаками:

а) принимается высшими органами государственной власти или в поряд­ке референдума;

б) ему присуща высшая юридическая сила и верховенство относительно других источников права;

в) принимается, изменяется и дополняется в особом процедурном порядке;

г) регулирует наиболее важные социальные сферы, закрепляет наиболее важные общественные связи, отправные начала правового регулирования;

д) должен отражать волю и интересы общества в целом;

е) исключительно нормативен (содержит только нормы права, в отличие от других нормативно-правовых актов, которые могут иметь «вкрапления» индивидуально-властных предписаний).

Законы, в свою очередь, делятся на конституционные законы и обыкно­венные. К числу конституционных относятся:

а) Конституция (как основной политико-правовой акт страны);

б) законы, которые вносят изменения и дополнения в текст Конституции;

в) законы, необходимость издания которых предусмотрена самой Консти­туцией.

В Конституции РФ 1993 г. предусмотрено издание 14 конституционных законов (о Правительстве РФ, о Конституционном Суде РФ и др.). Консти­туционные законы имеют более сложную, чем обыкновенные законы, проце­дуру принятия. В РФ на принятый конституционный закон не может быть наложено вето Президента.

Обыкновенные законы можно поделить на кодификационные (Основы за­конодательства, Кодексы) и текущие. В федеративном государстве законы раз­деляют на федеральные (общефедеральные) и законы субъектов Федерации.

Подзаконные нормативно-правовые акты должны быть основаны на зако­не и не должны ему противоречить.

В Российской Федерации подзаконными (по иерархии) нормативно-пра­вовыми актами являются следующие:

а) указы Президента РФ;

б) нормативные акты Правительства РФ;

в) нормативные акты центральных органов исполнительной власти (ми­нистерств, государственных комитетов и ведомств).

На уровне субъектов РФ - республиканские законы, акты президентов (в президентских республиках), постановления правительств республик, а также нормативные акты республиканских центральных органов исполни­тельной власти, органов власти края, области, автономной области, автоном­ных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга.

Статьей 19 Федерального закона «Об общих принципах организации ме­стного самоуправления в Российской Федерации» от 22 апреля 1996 г. орга­нам местного самоуправления (они не входят в систему органов государст­венной власти) предоставлено право принимать по вопросам своего ведения правовые акты.

Особой разновидностью нормативно-правовых актов можно считать ло­кальные нормативные акты (уставы, положения и др.), действующие только в пределах данного предприятия, учреждения, организации.

4. СУБЪЕКТИВНОЕ ЮРИДИЧЕСКОЕ ПРАВО. ВЗАИМОСВЯЗЬ СУБЪЕКТИВНОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ПРАВА И СУБЪЕКТИВНОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ ОБЯЗАННОСТИ

В юриспруденции слово «право» используется для обозначения двух взаи­мосвязанных, но разных явлений: одно из них именуется объективным пра­вом, другое - субъективным юридическим правом.

Объективное право - это разновидность социальных норм, социальный регулятор, то есть как бы «право вообще». Характерно, что в этом смысле о праве невозможно говорить во множественном числе: если речь идет о «пра­вах», значит имеются в виду права субъективные. Когда объективное право рассматривается вне связи с субъективным юридическим правом, то его на­зывают просто «правом»: гражданское право, административное право и т. д.

Субъективное юридическое право - явление, тесно связанное с объектив­ным правом, обусловленное им, возникающее на его основе, но тем не менее качественно от него отличающееся, то есть другое явление.

Анализируя данный вопрос, следует сразу разграничить две проблемы:

а) проблему объективного и субъективного в праве;

б) проблему объективного права и субъективного юридического права.

Первая имеет философский характер и смысл ее в том, чтобы определить, в какой степени то явление общественной жизни, которое юристы именуют «объ­ективным правом», объективно, а в какой — субъективно. Наша же проблема лежит в плоскости юриспруденции, и субъективное юридическое право здесь называется «субъективным» лишь по одной причине: оно есть нечто, принадле­жащее субъекту. Поэтому его даже проще было бы именовать не «субъектив­ным», а «субъектным» правом.

Иногда можно встретить такое определение: «субъективное право - это право субъекта». Кроме явной неполноты и тавтологичности, оно страдает еще одним серьезным недостатком. Ведь в силу такого специфического обстоятель­ства, как существование в правоведении еще одного, качественно отличного, понимания слова «право» - как особой разновидности социальных норм, мож­но прийти к довольно абсурдному выводу: субъективное юридическое право есть некая система норм, почему-то принадлежащая отдельному субъекту.

В определении субъективного юридического права должно быть дано объ­яснение каждому из трех слов, составляющих данный термин:

а) почему оно «субъективное»;

б) что означает «юридическое»;

в) какой смысл в этом случае вкладывается в слово «право».

Субъективное юридическое право - это предоставленная субъекту права юридическими нормами в целях удовлетворения его интересов мера возмож­ного (дозволенного) поведения в правоотношении, обеспеченная корреспон­дирующей обязанностью другого субъекта правоотношения и гарантирован­ная государством.

Данное определение базируется на следующих признаках:

1. Речь идет о возможности определенного поведения.

2. Эта возможность предоставляется не кому-либо, а именно субъекту права (лицу правоспособному).

3. Предоставлено субъекту права в целях удовлетворения его интересов.

4. Существует в правоотношении.

5. Имеет свои границы, будучи мерой поведения. Нарушение этой меры есть злоупотребление правом.

6. Субъективное юридическое право не может существовать вне связи с со­ответствующей юридической обязанностью, без реализации которой не мо­жет быть реализовано и само право.

7. Реализация гарантируется возможностью государственного принуж­дения по отношению к носителю корреспондирующей (соответствующей) юридической обязанности или иными способами правовой защиты.

8. Имеет юридическую природу, которая проявляется в том, что:

а) возможность определенного поведения предоставляется юридическими нормами;

б) осуществление этой возможности гарантируется государством.

Характеризуя субъективное право, возникающее на основе юридических норм, не следует исключать из его термина - «субъективное юридическое право» - слово «юридическое». Хотя зачастую говорят таким образом: «субъ­ективные права и юридические обязанности». При этом упуская из вида, что субъективные права могут быть и неюридическими. Ведь право - не единст­венный социальный регулятор. Сколько существует видов социальных норм, столько же существует и видов субъективных прав: на основе норм морали возникают субъективные моральные права, на основе корпоративных норм -субъективные права членов общественных организаций и т.д. Принципиальный механизм действия социальных норм един: норма — фактические условия — субъективные права и обязанности.

Надо вообще заметить, что слово «право» в русском языке может исполь­зоваться для обозначения и неюридических явлений. Кроме уже отмеченно­го случая, не имеют формально-юридического смысла такие словосочетания, как «естественное право», «права человека».

Субъективное юридическое право, как и объективное право, имеет свой «внутренний мир»: свои элементы, внутреннюю организацию, то есть опреде­ленное строение. Его элементы называются правомочиями. Известный россий­ский правовед Николай Григорьевич Александров предлагал в составе субъек­тивного юридического права выделять три правомочия: вид и меру возможного поведения его обладателя, возможность требовать определенного поведения от обязанных лиц и возможность прибегнуть в необходимых случаях к принуди­тельной силе государственного аппарата. Если говорить коротко, то это:

а) право на положительные действия;

б) право требования;

в) притязание.

Последнее правомочие иногда выделяют в самостоятельное субъективное юридическое право в рамках охранительных правоотношений.

Диалектической противоположностью субъективного юридического пра­ва является субъективная юридическая обязанность. Они неразрывно связа­ны и не могут существовать друг без друга. Право одного субъекта не может быть реализовано вне реализации соответствующей обязанности другого субъекта. Существование же обязанности вне связи с субъективным правом лишено смысла. Поэтому известный тезис о том, что «не может быть прав без обязанностей», не только отражает общие начала социальной справедливос­ти, но и выступает проявлением сугубо правовой закономерности в механиз­ме действия юридических норм.

Субъективная юридическая обязанность - это возложенная на субъекта права юридическими нормами в целях удовлетворения интересов управомоченного субъекта мера должного поведения в правоотношении, реализация которой обеспечена возможностью государственного принуждения.

Определение субъективной юридической обязанности отражает следую­щие ее характерные черты:

1. Речь идет о необходимости (долженствовании) определенного поведе­ния.

2. Может быть возложена лишь на право- и дееспособное лицо.

3. Возлагается на субъекта права в целях удовлетворения интересов управомоченного субъекта.

4. Существует в правоотношении.

5. Должное поведение имеет свои границы (меру).

6. Не может существовать вне связи с субъективным юридическим правом.

7. Реализация обеспечена возможностью государственного принуждения.

8. Имеет юридическую природу, которая выражается в том, что:

а) необходимость определенного поведения возлагается на субъектов юридическими нормами;

б) реализация обеспечивается возможностью государственного принуж­дения.

Субъективные юридические права и обязанности, как и всякие диалектиче­ские противоположности, имеют общие черты и в то же время существенно от­личаются друг от друга. Объединяет их, во-первых, общая юридическая приро­да: и право, и обязанность вытекают из юридических норм и гарантируются государством. Во-вторых, и право, и обязанность являются мерами поведения. В то же время право — это мера возможного поведения, а обязанность - мера поведения должного. Суть этого различия состоит в том, что реализация права зависит от воли управомоченного, а воля обязанного лица в этом отношении детерминирована жестко: оно должно реализовать свою обязанность.

Различие права и обязанности также в том, что если первое содержит бла­го для своего обладателя, то вторая осуществляется не в интересах своего но­сителя, а в интересах другого лица — управомоченного.

В заключение можно заметить, что в целом субъективные обязанности так же, как и субъективные права, могут быть неюридическими: субъективные моральные обязанности, субъективные обязанности членов общественных организаций и т. д.

5. ПРАВО И ЗАКОН

Проблема соотношения права и закона родилась практически одновре­менно с правом, ставилась еще в древние времена (Демокрит, софисты, Со­крат, Платон, Аристотель, Эпикур, Цицерон, римские юристы) и до сих пор остается центральной в правопонимании.

В контексте данной проблемы под «законом» следует понимать не закон в строгом, специальном смысле (как акт верховной власти и источник высшей юридической силы), а все официальные источники юридических норм (зако­ны, указы, постановления, юридические прецеденты, санкционированные обычаи и др.).

Концепций, связанных с различением права и закона, существует множе­ство. Однако можно обозначить два принципиальных подхода:

а) право есть творение государственной власти и правом следует считать все официальные источники норм независимо от их содержания;

б) закон, даже принятый надлежащим субъектом и в надлежащей проце­дурной форме, может не иметь правового содержания, быть неправовым за­коном и выражать политический произвол.

Приверженцем первого подхода у нас в России был, в частности, извест­ный правовед и теоретик права Габриель Феликсович Шершеневич, который считал государственную власть источником всех норм права.

Современный исследователь этой проблемы проф. B.C. Нерсесянц ут­верждает, что правом можно считать только правовой закон. «Нормы действу­ющего законодательства («позитивного права»), - пишет он, - являются соб­ственно правовыми (по своей сути и понятию) лишь в той мере и постольку, поскольку в них присутствует, нормативно выражен и действует принцип формального равенства и формальной свободы индивидов». В разрешении этой сложной проблемы нужно исходить, с одной стороны, из общего соот­ношения и взаимодействия общества, права и государства, а с другой - из об­щефилософских закономерностей связи формы и содержания.

Признано, что право и государство являются самостоятельными (в том смысле, что не государство порождает право) продуктами, результатами об­щественного развития. В такой же степени независимы от государства и со­временные процессы правообразования: они идут в недрах общественного организма, проявляют себя в виде устойчивых, повторяющихся социальных отношений и актов поведения, формируются как правовые притязания обще­ства и фиксируются общественным сознанием. А уже дело государства - вы­явить эти притязания и, основываясь на началах справедливости, возвести их в закон, то есть оформить в официальных источниках как общеобязательные правила поведения. Таким образом, получается, что право как единство со­держания и формы складывается в результате взаимодействия общества и го­сударства: содержание права (сами правила поведения, информационная сто­рона права) создается объективно, под воздействием социальных процессов, а форму праву придает государство.

При различении права и закона обращают внимание на одну сторону про­блемы - на возможность неправового содержания у правовой формы (зако­на). Однако правомерен и другой вопрос: а может ли вообще право существо­вать вне какой-либо формы объективирования? На этот вопрос следует ответить отрицательно: не может быть права до и вне своей формы (закона). Ведь то, что называют «естественным правом», на самом деле представляет собой естественно-социальные начала, которые должны определять содержа­ние юридических предписаний, а правом в собственном смысле (с точки зре­ния современных представлений о свойствах права) не является. Тем более что, как справедливо замечает проф. B.C. Нерсесянц, различение естествен­ного права и позитивного права - лишь одна из многих возможных версий соотношения права и закона. В настоящее время суть проблемы различения права и закона состоит не в противопоставлении естественного права пози­тивному, а в установлении соответствия между содержанием и формой са­мого позитивного права.

С этих позиций можно наметить пункты, из которых следует исходить в характеристике соотношения права и закона:

1. Право и закон следует различать. Закон (официальные источники норм) - это форма выражения, объективирования права вовне, а право -единство этой формы и содержания (правил поведения).

2. Не может быть права до и вне закона (своей формы). Форма - способ жизни права, его существования. Как замечает проф. Мушинский: «Все со­временные системы права одеты в мундир законодательства».

3. Закон может иметь неправовое содержание, быть, с этой точки зрения, пустой, бессодержательной формой - «неправовым законом». (Правовое со­держание у закона или неправовое - это определяется как на основе общих естественно-правовых начал, так и исходя из конкретно-исторических усло­вий существования данного общества.)

Такой подход отвечает и общим законам связи формы и содержания явле­ний. Так, может иметь место бессодержательная форма (бессодержательна она, конечно, в строго заданном отношении: «какое-то» содержание у нее все равно есть), но не может быть содержания вне какой-либо формы. Например, можно имитировать из бумаги форму стула, которая внешне будет очень на него похожа. Однако с точки зрения самого предназначения, функций стула, эта конструкция будет абсолютно бессодержательна: стулом она является лишь по форме. С другой стороны, не удастся использовать в качестве стула то, что вообще не имеет никакой формы.

6. ПРАВО В СИСТЕМЕ СОЦИАЛЬНЫХ НОРМ

Норма (от лат. «norma») - мера, правило, образец, стандарт. Нормы могут иметь отношение к самым различным объектам и процессам: естественным (природным), техническим, социальным. Норма указывает на границы, пре­делы, в которых тот или иной объект сохраняет свое качество, способность к функционированию, остается самим собой (не утрачивает сущность).

Непосредственно человека могут касаться и несоциальные нормы. На­пример, норма температуры человеческого тела. Социальные нормы - это правила, регулирующие поведение людей в обществе. Для них характерны сле­дующие черты:

1. Социальность. Они регулируют социальные сферы, которые включают в себя:

а) людей;

б) общественные отношения, то есть отношения между людьми и их кол­лективами;

в) поведение людей. Таким образом, социальные нормы формируют соци­альные структуры и регулируют социально значимое поведение человека.

2. Объективность. Общество как сложный социальный организм (систе­ма) объективно нуждается в регулировании. Социальные нормы складывают­ся исторически, закономерно, под давлением социальной необходимости. Они возникают как результат нормативного обобщения, нормативной фикса­ции устойчивых повторяющихся общественных связей и актов взаимодейст­вия между людьми. Потребность в закреплении и воспроизведении этих не­обходимых обществу отношений и актов деятельности человека и порождает феномен социально-нормативного регулирования.

В то же время следует учитывать значение субъективного фактора в ста­новлении социальных норм. Они не могут возникнуть, не пройдя, не прело­мившись через общественное сознание: необходимость тех или иных соци­альных норм должна быть осознана обществом.

3. Нормативность. Социальные нормы имеют общий характер, действу­ют как типовые регуляторы поведения. Их адресаты определены не конкрет­но (поименно), а путем указания на их типовые признаки (возраст, вменяе­мость или, например, общие требования к статусу юридического лица). Нормативность проявляется и в неоднократности действия социальных норм:

социальная норма вступает в действие всякий раз, когда возникает типовая ситуация, предусмотренная как условие ее вступления в процесс регулирова­ния. Здесь надо заметить, что социальные нормы всегда по содержанию оп­ределены, но типовым образом, как общая модель поведения.

4. Социальные нормы есть меры свободы индивида, устанавливающие пре­делы его социальной экспансии, поведенческой активности, способов удов­летворения интересов и потребностей.

5. Обязательность. Социальные нормы как нормативное выражение со­циальной необходимости всегда в той или иной мере обязательны, имеют предписывающий характер.

6. Процедурность. Социальному регулированию присуща процедурность, то есть наличие тех или иных процедурных форм, детально регламентирован­ных порядков реализации, действия социальных норм.

7. Санкционированность. Каждый нормативный регулятор имеет меха­низмы обеспечения реализации своих предписаний.

8. Системность присуща как отдельным нормам, так и их массиву в мас­штабе общества. Во всяком случае, общество должно стремиться к формиро­ванию такой системы, совершенствованию ее системных качеств, налажива­нию взаимодействия между видами социальных норм.

В обществе действуют политические, правовые, моральные, религиозные, корпоративные, нормы обычаев и другие социальные нормы. Все эти разно­видности взаимодействуют в рамках нормативной системы общества, сохра­няя при этом качества особых социальных регуляторов. Сравнительный ана­лиз их регулятивных особенностей следует проводить с учетом источников формирования; предметов регулирования; характера (степени) внутренней организации; формы существования (объективирования вовне); способов ре­гулятивного воздействия; механизмов (методов, средств) обеспечения реали­зации своих норм и др. моментов.

Основными социальными регуляторами являются право и мораль (см. об этом отдельный вопрос настоящего пособия).

Политические нормы. В широком смысле политическими можно назвать и правовые нормы. Хотя существует точка зрения, что инструментом полити­ки является закон, а право таковым считать нельзя: оно имеет естественную основу и выступает мерой свободы индивида в обществе.

Политические нормы выделяются прежде всего по содержанию и сфере действия, предмету регулирования. Поэтому они могут содержаться не толь­ко в политических документах (политических декларациях, манифестах и т. п.), но и в нормативно-правовых актах, актах общественных организаций, быть нормами политической этики (морали). Когда политическая норма за­креплена в нормативном юридическом акте, она будет юридической нормой политического содержания. В этом смысле конституции государств выступа­ют как нормативные политико-правовые акты.

Политические нормы формируются в сфере общественного сознания на основе политических представлений, принципов, оценок, ценностных ори­ентаций. В этом смысле политические нормы выступают результатом осозна­ния субъектами политики особых интересов (прежде всего экономических) своей социальной группы. И здесь можно усмотреть единый источник фор­мирования политических и правовых норм - отношения собственности.

Политические нормы регулируют отношения и деятельность субъектов политики: народов, наций, классов, отдельных политиков, граждан и госу­дарства и др.

Обычаи - это правила поведения, складывающиеся исторически, в силу данных фактических отношений и в результате многократного повторения вошедшие в привычку. Для них характерны следующие черты:

а) живут в общественном сознании (а именно - в общественной психо­логии);

б) с точки зрения регулятивных особенностей им в наименьшей степени присуще внешнее, то есть предписывающее регулирование; они проникают в сферу индивидуального сознания даже глубже, чем нормы морали;

в) складываются спонтанно, в результате многократного повторения од­них и тех же актов поведения;

г) представляют собой точные модели («слепки») тех отношений и актов поведения, которые обычаи нормативно обобщают. Отсюда их конкретность, детализированность;

д) каждый обычай имеет социальное основание (причину возникновения), которое в дальнейшем может быть и утрачено. Однако обычай и в этом слу­чае может продолжать действовать в силу привычки;

е) имеют, как правило, локальную (по кругу субъектов, по местности) сфе­ру действия;

ж) в качестве средств обеспечения выступают сила привычки и обществен­ное мнение;

з) в масштабе общества не представляют собой целостного образования -системы, что обусловлено стихийностью, спонтанностью их формирования, а также длительностью этих процессов.

Среди других социальных норм обычаи выделяются прежде всего особен­ностями формирования и действия. Поэтому чаще всего они выступают формой иных социальных норм (норм морали, политических норм, правил ги­гиены и др.). Могут они быть и формой юридических норм (правовой обычай). Вместе с тем та или иная социальная норма, переходя в обычай, утрачивает свой собственный механизм действия, свои регулятивные особенности и дей­ствует, опираясь на силу привычки (например, у моральной нормы в этом случае ее оценочный характер как бы отходит на второй план). Обычаи мо­рального содержания называют еще нравами.

Разновидностью обычаев можно считать традиции, возникновению кото­рых в большей мере присущ субъективный фактор. Общество может созна­тельно организовывать те или иные традиции, способствовать их становле­нию, поэтому их возникновение не обязательно связано с длительным историческим процессом. Традиции в большей мере опираются на поддерж­ку общественного мнения и выражают стремление людей сохранить опреде­ленные идеи, ценности, полезные формы поведения.

Обыкновения (деловые обыкновения) - обычаи, выработанные в процес­се деятельности органов государства, в деловой (хозяйственной, коммерчес­кой) деятельности и действующие в единстве с юридическими нормами.

К нормам обычая относят и нормы, регламентирующие обряды как доста­точно сложные процедуры в бытовой, семейной, религиозной сферах. Такие обычаи называют ритуалами (от лат. «ritualis» - обрядовый). Нормы обычая, регулирующие торжественные, официальные обряды, носят название цере­мониала (правила церемонии).

Право и обычай взаимодействуют. Правовые нормы вытесняют вредные, неугодные обществу обычаи (например, обычай кровной мести). Полезные, социально необходимые обычаи могут даже наделяться правовой санкцией, и в этом случае они принимают форму правового обычая. В то же время обы­чаи меньше значат для правотворчества и правореализации, чем, скажем, нормы морали.

Нормы общественных организаций (корпоративные нормы) похожи на нормы права тем, что:

а) закрепляются в письменных нормативных актах-документах (уставах, положениях и др. актах);

б) внутрисистемные;

в) имеют четко выраженный предоставительно-обязывающий характер;

г) требуют внешнего контроля за реализацией и поддаются такому кон­тролю;

д) обладают фиксированным набором средств обеспечения реализации своих норм.

Отличает их от норм права то, что они, во-первых, выражают волю и ин­тересы членов данной организации и распространяют свое действие на них;

во-вторых, регулируют прежде всего внутриорганизационные отношения;

в-третьих, санкционированы специфическими (для каждой организации) ме­рами воздействия.

Правовые нормы создают базу для организации и деятельности общест­венных организаций (объединений). Так, в Конституции Российской Феде­рации этому вопросу посвящен целый ряд статей (ст. 13, 30, 35 и др.). Право запрещает создавать вредные для общества и государства объединения, выхо­дить в своей деятельности за пределы целей и задач, определенных уставом.

Правовые и корпоративные нормы взаимодействуют в установлении правосубъектности общественных организаций (круга правоотношений, в кото­рые данная общественная организация может вступать), в оценке правомер­ности принятого общественной организацией решения.

Технико-юридические нормы - это нормы, которые в качестве диспози­ции (регулятивного предписания) имеют техническую норму, а в качестве санкции (охранительной нормы) - юридическую норму. Поэтому их можно расценивать и как юридические нормы технического содержания, и как раз­новидность технических норм.

Относительно природы технических норм существует две позиции: одни авторы вообще не относят их к социальным нормам, другие - считают их со­циальными. Действительно, технические нормы своеобразны. Содержание их определяется законами природы и техники (то есть они как бы исходят не от человека); регламентируют не отношения между людьми, а отношения че­ловека к объектам природы и техники (то есть вроде бы регулируют несоци­альную сферу); в качестве мер их обеспечения выступают негативные послед­ствия нарушения естественных законов, технических правил. Тем не менее, думается, что технические нормы следует считать разновидностью (хотя и весьма специфической) социальных норм, так как:

а) главным объектом регулирования всех социальных норм является пове­дение людей (установление общественных отношений во всех случаях соци­ального регулирования - это лишь средство регламентации поведения). На тот же объект направлены и технические нормы;

б) технические нормы имеют социальное значение, которое с развитием технической сферы, искусственной среды обитания человека все возрастает. На данный момент нет более актуальной «технической» нормы, чем та, кото­рая определяет взаимоотношения человека и природы. Другое дело, что по уровню социальной значимости технические нормы могут существенно раз­личаться, и именно этот признак имеет наибольшее значение в оценке «со­циальности» технических норм. Например, социальная значимость поломки бытовой техники в результате нарушения правил обращения с ней практиче­ски равна нулю. Хотя опять-таки нарушение технических норм обращения с бытовыми электроприборами может привести к такому бедствию, как пожар.

Наиболее значимые технические нормы снабжаются правовыми санкция­ми и становятся технико-юридическими нормами. И здесь можно найти еще один аргумент в пользу принадлежности технических норм к социальным. Ведь технико-юридические нормы, как и любые правовые нормы, считают социальными. Однако из-за того, что техническую норму обеспечили право­вой санкцией, она свою природу не изменила: в ней сохранились все те чер­ты, по которым технические нормы как раз к социальным не относят.

С целью разрешения данного противоречия проф. А.Б. Венгеров предлагает различать юридико-технический и нормативно-технический социальные регу­ляторы. Однако понятие «регулятор» здесь используется в смысле, не равноз­начном понятию «норма», и исследование проблемы, таким образом, перено­сится в несколько иную плоскость, в частности на уровень нормативных актов.

Проф. А.Б. Венгеров также усматривает существование в обществе ненор­мативных социальных регуляторов - ценностного, директивного, информа­ционного и других. Однако речь в данном случае идет не об индивидуальном регулировании. Названные регуляторы имеют общий характер, но не явля­ются четко выраженными социальными предписаниями и обладают специ­фическими механизмами воздействия на поведение людей.

7. ПРАВО И СПРАВЕДЛИВОСТЬ

Право неотделимо от справедливости: она есть сердцевина права. Спра­ведливость, как основной принцип естественного права, внутренне присуща праву, которое является не столько внешней принудительной силой, сколько предписанием действовать по справедливости. Не случайно слова «правиль­ное», «правда», «справедливость» и «право» имеют один корень; отсюда же и тождество древнеримских понятий «jus» (право) и «justitia» (справедливость).

Сущность права состоит в том, что оно - способ (инструмент, форма) ус­тановления справедливого баланса интересов всех и каждого: индивидов, со­циальных слоев, классов, социальных общностей и образований. Только этот момент является мерилом (критерием) соответствия писаного (позитивного) права любой страны общей природе и сущности права как такового. Только учет и согласование интересов всех социальных субъектов (индивидуальных и коллективных) выступает подлинной основой и гарантией осуществления правовых предписаний. В то же время даже самый справедливый социальный компромисс в силу самой природы компромисса (в любом случае предпола­гающей отступление от «своего» интереса в пользу общего) потенциально со­держит в себе возможность отхода от условий и правил компромиссного ре­шения, каковым по своей природе право и является. Вот именно в таких случаях право и проявляет свои возможности по принудительной реализации собственных предписаний: «справедливость, не поддержанная силой, немощ­на» (Блез Паскаль).

Однако, подчеркнем еще раз, хотя принудительность и является объек­тивным свойством права, не она, а справедливость определяет его сущность. Право, таким образом, опирается на справедливость, а не на силу. На силу опирается произвол.

Понятие справедливости разрабатывалось с древнейших времен. Развер­нутую теорию справедливости как основы права создал Аристотель. Он раз­личал два вида справедливости: уравнивающую и распределяющую. Уравнива­ющая справедливость - это та, которой люди руководствуются при обмене ценностями или возмещении ущерба. Это как бы инструмент соблюдения ме­ры между ущербом и выгодой каждой из сторон.

Распределяющая справедливость признает справедливым как равное, так и неравное распределение между различными лицами в зависимости от их вклада в общественное благо.

Дальнейшее развитие идея справедливости получила у юристов Древнего Рима, в том числе и у Цицерона. Единство права и справедливости зафиксиро­вано в формулах римского права: «право есть искусство добра и справедливос­ти»; «в праве нужно в максимальной степени обращать внимание на справедли­вость»; «предписания права следующие: честно жить, другого не обижать, каждому воздавать должное». Как отметил один из современных отечественных философов А.И. Новиков, «именно в Риме понятие справедливости было пере­ведено с языка философских рассуждений на точный язык правовых формул».

В средние века связи права и справедливости разрабатывались с перехо­дом к широкому изучению римского права, в частности школой глоссаторов. Этим вопросам серьезное внимание уделялось передовыми мыслителями XVII-XVIII вв. (Гроций, Гоббс, Монтескье, Вольтер, Дидро, Гольбах), в не­мецкой классической философии (Кант, Гегель), в теории марксизма.

Среди работ современных отечественных правоведов, посвященных дан­ной проблематике, можно указать на монографии Г. В. Мальцева (1977 г.) и А.И.Экимова(1980г.).

В основе справедливости еще с древних времен (Аристотель) лежат идеи сочетания «справедливого равенства» и «справедливого неравенства». Как от­мечает проф. Г.В. Мальцев, справедливость представляет собой «диалектиче­ское сочетание элементов равенства и неравенства», то есть справедливость выражается в равном отношении к равным людям и в неравном отношении к неравным людям. Проф. А. И. Экимов определяет справедливость как «нрав­ственно обоснованный критерий для соизмерения действий субъектов, в со­ответствии с которым осуществляется воздаяние каждому за его поступки в виде наступления тех или иных последствий».

Право по своей природе есть регулятор, действующий на основе примене­ния равных мер к различным субъектам. И в этом состоит справедливость права, ибо такое регулирование основано на принципах соразмерности, сба­лансированности интересов, равного несения того или иного бремени.

В то же время право есть и «право неравенства», поскольку в силу самой своей природы, принципа действия оно не учитывает всей полноты индивиду­альных качеств людей. В определенной мере этот момент компенсируется пре­доставлением субъектам права свободы в рамках правовых предписаний, путем правоприменительной деятельности, направленной на справедливую индиви­дуализацию общего правового предписания. Особое значение справедливость приобретает в сфере юрисдикционного применения права при разрешении со­циальных конфликтов, назначении наказания, где воздаяние со стороны госу­дарства должно соответствовать мере содеянного правонарушителем.

Противоречия между правом и справедливостью могут выражаться не только в несправедливом применении правовых норм, но и в издании госу­дарством изначально несправедливых норм права. Поэтому справедливый подход должен быть обеспечен прежде всего в процессе издания государст­вом нормативно-правовых актов.

Таким образом, право, с одной стороны, должно основываться на мораль­ных началах правды и справедливости, а с другой - быть формой возведения справедливости в закон жизни общества.

8. ПРАВО И МОРАЛЬ

Термины «мораль» и «нравственность» употребляются в основном в одном значении - как слова-синонимы. Тем более они равнозначны в прикладном аспекте (в плане задач юридической науки). Хотя некоторые специалисты в области этики (науки о морали) различия здесь усматривают. Гегель также разделял мораль и нравственность, называя право, мораль и нравственность тремя последовательными ступенями в развитии объективного духа. В то же время латинское «mores» означает не что иное, как «нравы».

В литературе по этике мораль (нравственность) определяется как форма общественного сознания, отражающая социальную действительность в виде специфических, исторически обусловленных представлений о добре и зле, которые закрепляются в сознании людей в виде принципов, норм, идеалов, призванных регулировать поведение людей в целях сохранения и развитая общества как целого.

Право и мораль - основные социальные регуляторы поведения человека. Они имеют общие черты, различия и взаимодействуют друг с другом.

Общие черты:

а) принадлежат к социальным нормам и обладают общим свойством нор­мативности;

б) являются основными регуляторами поведения;

в) имеют общую цель - регулирование поведения людей со стратегичес­кой задачей сохранения и развития общества как целого;

г) базируются на справедливости как на высшем нравственном принципе;

д) выступают мерой свободы индивида, определяют ее границы.

Различия:

1. Мораль формируется ранее права, правового сознания и государствен­ной организации общества. Можно сказать, что мораль появляется вместе с обществом, а право — с государством. Хотя мораль тоже имеет свой истори­ческий период развития и возникает из потребности согласовать интересы индивида и общества.

2. В пределах одной страны, одного общества может существовать только одна правовая система. Мораль же в этом смысле разнородна: в обществе мо­жет действовать несколько моральных систем (классов, малых социальных групп, профессиональных слоев, индивидов). При этом в любом обществе су­ществует система общепринятых моральных взглядов (так называемая гос­подствующая мораль).

3. Нормы морали формируются как нормативное выражение сложившихся в данной социальной среде, обществе взглядов, представлений о добре и зле, справедливости, чести, долге, порядочности, благородстве и других категори­ях этики. (Основные категории морального сознания - «добро» и «зло», без которых невозможна любая моральная оценка.) При этом процесс формирова­ния моральных систем идет спонтанно, в недрах общественного сознания. Процесс правообразования тоже весьма сложен, имеет глубокие социальные корни, однако право в единстве своей формы и содержания предстает как ре­зультат официальной деятельности государства, как выражение его воли.

4. Мораль живет в общественном сознании, которое и является формой ее существования. И в этом плане даже трудно различить мораль как форму об­щественного сознания и мораль как нормативный социальный регулятор, в от­личие от права, где достаточно четко можно провести границу между правовым сознанием и правом. Право, по сравнению с моралью, имеет четкие формы объективирования, закрепления вовне (формальные источники права). Конеч­но, ту или иную моральную систему можно систематизировать и изложить в письменном виде как некий моральный кодекс. Однако речь идет о том, что мораль как особый социальный регулятор объективно в этом не нуждается.

5. Не совпадают предметы регулирования норм права и норм морали. Ес­ли их представить в виде кругов, то они будут пересекаться. То есть у них есть общий предмет регулирования и есть социальные сферы, которые регулиру­ются только правом или только моралью. Специфический предмет морально­го регулирования - сферы дружбы, любви, взаимопомощи и т. п., куда право как регулятор, требующий внешнего контроля за осуществлением своих предписаний и предполагающий возможность государственно-принудитель­ной реализации, не может и не должно проникать. Однако есть и сферы пра­вового регулирования, к которым мораль не подключается в силу того, что они принципиально, по своей природе не поддаются моральной оценке: они этически нейтральны. К таким сферам относится, в частности, предмет тех­нико-юридических норм.

6. С точки зрения внутренней организации та или иная моральная систе­ма, будучи относительно целостным нормативным образованием, не облада­ет такой логически стройной и достаточно жесткой структурой (законом связи элементов) как система права.

7. Право и мораль различаются по средствам и методам обеспечения реа­лизации своих норм. Если право, как известно, обеспечивается возможнос­тью государственно-принудительной реализации, то нормы морали гаранти­руются силой общественного мнения, негативной реакцией общества на нарушение норм морали. В то же время природа морали такова, что подлин­но моральное поведение имеет место в том случае, когда оно осуществляется в силу личной убежденности человека в справедливости и необходимости этических требований, когда поведением человека руководит его совесть. Су­ществует «золотое правило» морали: «Поступай по отношению к другим так, как ты хотел, чтобы они поступали по отношению к тебе».

Право и мораль взаимодействуют. Право является формой осуществления господствующей морали. В то же время мораль признает противоправное по­ведение безнравственным. Нормы морали имеют важное значение как для правотворческой деятельности, так и для реализации права: прежде всего для процесса применения правовых норм. Правоприменитель не сможет вынес­ти справедливое решение без опоры на нравственные требования. Вместе с тем не исключены противоречия между нормами морали и права. Это связа­но, в частности, с процессами их развития: «впереди» могут оказаться как нормы морали, так и нормы права.

9. ПРАВО И РЕЛИГИЯ

Религия (от лат. «religio» - набожность, святыня, предмет культа) — миро­воззрение и мироощущение, а также соответствующее поведение и специфи­ческие действия (культ), основанные на вере в существование бога или богов, сверхъестественного. По предположению ученых, религия возникла в эпоху верхнего палеолита (каменный век) 40-50 тыс. лет назад на относительно вы­сокой ступени развития первобытного общества.

На первоначальной стадии человеческой истории религия выступает как форма практического и духовного овладения миром, в которой проявилось осознание людьми их зависимости от природных сил. Первоначально объек­том религиозного отношения был реально существующий предмет, наделяе­мый сверхчувственными свойствами, - фетиш. Фетишизм связан с магией, стремлением оказать влияние на ход событий в желаемом направлении при помощи колдовских обрядов, заклинаний и т. п. В процессе разложения ро­дового строя на смену родовым и племенным религиям пришли политеисти­ческие (политеизм - многобожие) религии раннего классового общества. На более поздней стадии исторического развития появляются мировые, или над­национальные, религии - буддизм (VI-V вв. до н. э.), христианство (I в.) и ислам (VII в.). Они объединяют людей общей веры независимо от их этниче­ских, языковых или политических связей. Одной из важнейших отличитель­ных особенностей таких мировых религий, как христианство и ислам, явля­ется монотеизм (вера в одного бога). Постепенно складываются новые формы религиозной организации и религиозных отношений - церковь, духовенство (клир) и миряне. Получает развитие теология (учение о боге).

Маркс утверждал, что «религия будет исчезать в той мере, в какой будет раз­виваться социализм». Однако «история показывает, что государственное разру­шение религии неизбежно влечет за собой нравственную деградацию общест­ва и никогда не приносит пользы праву и правовому порядку, ибо, в конечном счете, и право и религия призваны закреплять и утверждать нравственные цен­ности, в этом основа их взаимодействия» (проф. Е.А. Лукашева).

На основе религиозных представлений складываются религиозные нормы как одна из разновидностей социальных норм. Религия и религиозные нормы возникают позднее первичных мононорм, но быстро проникают во все регуля­тивные механизмы первобытного общества. В рамках мононорм были тесно переплетены моральные, религиозные, мифологические представления и пра­вила, содержание которых определялось сложными условиями выживания че­ловека того времени. В период распада первобытнообщинного строя происхо­дит дифференциация (разделение) мононорм на религию, право, мораль.

На различных этапах развития общества и в разных правовых системах степень и характер взаимодействия права и религии были различными. Так, в некоторых правовых системах связь религиозных и правовых норм была настолько тесной, что их следует считать религиозными правовыми системами. Древнейшая из таких правовых систем - индусское право, в котором тесно пе­реплетались нормы морали, обычного права и религии. Другой пример — му­сульманское право, которое, по существу, являет

Copyright © 2018 WorldReferat.ru All rights reserved.