Законодательное обеспечение реформы 1861года

Тип:
Добавлен:

Содержание

Введение 2

1. Исторические условия проведения крестьянской реформы 1861 г. 4

1.1. Экономика как фактор проведения реформы 4 1.2.Социально-политическая система как фактор проведения реформы 7

2. Законодательное обеспечение реформы 9

2.1. Манифест о всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей и об устройстве их быта 9 2.1. Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости 13 2.3. Положение о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их усадебной оседлости, и о содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность полевых угодий 25 2.4. Правила о порядке приведения в действие положений о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости 31 2.5. Положение о губернских по крестьянским делам учреждениях 34 2.6. Дополнительные правила об устройстве крестьян, водворенных в имениях мелкопоместных владельцев, и о пособии сим владельцам 34

Заключение 36

Список использованной литературы 40

Введение

В середине 19 в. в России были проведены исторические преобразования, кардинально изменились общественные условия развития страны, в том числе правовые, были созданы предпосылки для развития капитализма. Первой и ведущей реформой стала ликвидация крепостного права, освобождение крестьянства. Ее проведение было предопределено всем предшествующим ходом развития страны, существовали экономические и социальные предпосылки. Подготовка реформы проходила несколько лет. Проведение реформы затянулось на десятилетия. Ее ход был определен 17 законодательными актами, которые были изданы 19 февраля 1861 г:

- Общее положение,

- Положение об устройстве дворовых,

- Положение о выкупе,

- Положение о губернских и уездных по крестьянским делам учреждениях,

- Правила о порядке приведения в действие Положений,

- Местное положение о поземельном устройстве крестьян 29-ти великороссийских, трех новороссийских и двух белорусских губерний,

- Местное положение о поземельном устройстве крестьян трех малороссийских губерний, составлявших Левобережную Украину,

- Местное положение о поземельном устройстве крестьян трех губерний

Правобережной Украины,

- Местное положение о поземельном устройстве крестьян Литвы и части

Белоруссии,

- Дополнительные правила о крестьянах мелкопоместных владельцев,

- Дополнительные правила о приписанных к частным горным заводам людях

Министерства финансов,

- Дополнительные правила о крестьянах. отбывающих работы на помещичьих фабриках,

- Дополнительные правила о крестьянах и работниках, отбывающих работы на Пермских частных горных заводах и соляных промыслах,

- Дополнительные правила о крестьянах и дворовых людях Области войска

Донского,

- Дополнительные правила о крестьянах и дворовых людях Ставропольской губернии,

- Дополнительные правила о крестьянах и дворовых людях Сибири,

- Правила о людях, вышедших из крепостной зависимости в Бессарабской области.

Рассмотрению сущности основных правовых актов, законодательного обеспечения реформы, посвящена данная курсовая работа. В процессе работы были исследованы непосредственно законодательные акты реформы, текст их был взят по изданию “Российское законодательство” (М., 1958 г.).

1. Исторические условия проведения крестьянской реформы 1861 г.

1.1. Экономика как фактор проведения реформы

Реформа 1861 гг. выросла из всё углублявшегося несоответствия между господствовавшими в России старыми феодальными производственными отношениями и новым характером неуклонно возраставших производительных сил.

Закон обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил пробивал себе дорогу, определял объективную необходимость ликвидации устаревшей феодальной системы, тормозившей поступательное развитие производительных сил, требовал установления новых — капиталистических — производственных отношений.

К 50-м годам XIX в. конфликт производительных сил и производственных отношений настолько обострился, а капиталистические производственные отношения настолько выросли, что феодализм оказался глубоко расшатанным и старая система хозяйства—подорванной в своей основе. Именно это вызвало крах феодализма, возникновение кризиса революционного характера и переход к новому — капиталистическому — способу производства. В результате реформы 1861 г. капиталистические производственные отношения стали господствующей формой производственных отношений, несмотря на все сохранившиеся после реформы пережитки феодализма.

Значительный рост новых производительных сил, принадлежавших по своему характеру к капиталистическому способу производства, и рост капиталистических производственных отношений отчётливо видны прежде всего из развития промышленности, основанной на применении вольнонаёмного труда. Такая промышленность существовала и в начало XIX в., но в результате её интенсивного роста в течение первой половины столетия она в 50-х годах уже стала занимать качественно новое место в общей системе хозяйства страны: к 1860 г. из 859 950 рабочих, занятых в русской промышленности (включая металлургическую), 61,4% рабочих уже были вольнонаёмными. Это значит, что капиталистические производственные отношения стали уже играть преобладающую роль в русском промышленном производстве в целом и вступили в резкий конфликт с оброчным положением рабочих. В отдельных же отраслях промышленности — хлопчатобумажной, шелкоткацкой — крепостной труд в 50-х годах был уже почти полностью вытеснен вольнонаёмным.

Резкое обострение конфликта между старыми крепостническими производственными отношениями и развитием производительных сил наиболее отчётливо видно на примере особенно быстро развивавшейся и передовой в техническом отношении текстильной промышленности, где наиболее ясно проявлялись признаки начавшегося в России промышленного переворота. В Петербурге и Петербургской губернии, по сохранившейся в архиве ведомости 1860 г., в текстильной промышленности преобладающую роль играют уже сравнительно крупные предприятия — паровые фабрики с количеством рабочих от 150 до 1 200 человек, причём рабочие на них почти сплошь вольнонаёмные. В Москве и Московской губернии также начинают преобладать крупные предприятия. По ведомости за 1856 г. из 198 предприятий с количеством рабочих более 16 человек 120 фабрик, или 60,6%, представляли собой предприятия с количеством рабочих более 50 человек; из 31 132 рабочих, занятых на 198 предприятиях, 24451 человек, или 78,5% всех рабочих, работали на фабриках с количеством рабочих от 100 до 1 400 человек[1]. Многие из этих фабрик с числом рабочих более тысячи человек в действительности объединяли только часть этих рабочих в стенах одного предприятия, а остальные рабочие были крестьянами, работавшими на дому по подмосковным деревням, но и при этих условиях фабрика остаётся по тому времени крупным предприятием с несколькими сотнями рабочих. Развитие производительных сил явно принадлежало капиталистическому способу производства, между тем развёртывалось оно в крепостной стране, где подавляющее большинство непосредственных производителей находилось в крепостной зависимости и даже вольнонаёмные рабочие крупных предприятий, как правило, были крепостными крестьянами, отпущенными на оброк. Феодальные производственные отношения вступали, таким образом, в резкий конфликт с характером производительных сил.

Крепостное право приковывало крестьянина к деревне — менаду тем рост капиталистической промышленности требовал всё большего количества вольнонаёмных рабочих. В глубоком противоречии с феодальными производственными отношениями, расшатывая их основы, в России развёртывается процесс формирования рабочих кадров для капиталистической промышленности, т. е. начальный процесс формирования рабочего класса, завершившийся лишь в пореформенный период. Кадры рабочих рекрутировались из разных слоев населения — из городских мещан, бессрочно-отпускных солдат, основным же источником их пополнения являлось экспроприированное крестьянство. Разложение барщинной системы хозяйства, выявилось в разорении крестьян помещиками вследствие роста эксплуатации, увеличения барщины и обезземеливания крестьян помещиками. Разорение приводило крестьян к необходимости искать заработок, вследствие чего к середине XIX в. вырос неземледельческий отход из деревни. Наличие крепостного права тормозило развитие капиталистических отношений, помещик часто задерживал в деревне именно беднейших крестьян, “ненадёжных” с точки зрения своевременной уплаты оброка, но всё же количество отходников в 50-х годах растёт с каждым годом. Среди крепостных помещичьих крестьян в промышленных губерниях процент отпущенных на оброк, по данным редакционных комиссий, собранным в 1859 г.[2], составлял в Костромской губернии 88, в Ярославской — 87, в Вологодской — 84, в Олонецкой — 72, в Петербургской — 70, во Владимирской — 70, в Московской губернии—68. Большинство отходников из оброчных крестьян были вольнонаёмными рабочими, некоторая их часть занималась ремёслами, мелкой торговлей и т. д. Однако в любом случае такой высокий процент отходников наглядно свидетельствует о том, что феодальный способ производства был подорван в самой основе. Преобладающая часть крепостных крестьян промышленных губерний, юридически являясь крепостной, была уже занята в капиталистическом производстве.

В таких промышленных губерниях, как Владимирская или Московская, расширение промышленного производства усиливало и ускоряло процесс отрыва крестьян от земледелия. Купцы-предприниматели широко практиковали организацию своих фабрик в глухих уездных городах или даже в деревенской местности, что приводило к фактическому превращению части крепостных помещичьих и казённых крестьян в постоянных фабричных рабочих. Так, например, в Московском уезде на казённой земле крестьян сельца Ростокина построил ситценабивную фабрику коммерции советник Молчанов, так как здесь он мог получить дешёвую рабочую силу. Эта большая для того времени фабрика с двумя паровыми машинами в 18 и 40 л. с., с годовым оборотом почти в миллион рублей, расположенная в 6 каменных и 16 деревянных корпусах, занимала в течение года от 630 до 910 рабочих. При Аристовом посаде в Богородском уезде была открыта шелкоткацкая фабрика московского купца Шишова, на которой работало 416 рабочих. Всего из 198 текстильных предприятий, имевшихся в 1856 г. в Московской губернии, 83 были расположены не в Москве, а в губернии. Из 14 наиболее крупных петербургских текстильных фабрик 9 были расположены в самом городе, а 5 — в уезде[3].

Наличие крепостного права, крепостнических производственных отношений задерживало развитие капиталистической промышленности, которая не могла получить достаточного количества свободных рук, тормозило развитие производительности труда в сельском хозяйстве, являлось причиной упадка промышленности, основанной на применении труда крепостных рабочих, что особенно ярко видно на примере уральской металлургии.

Действие объективного экономического закона обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил вело к необходимости уничтожения крепостного строя в России. Закон этот пробивал себе дорогу, несмотря на сопротивление класса помещиков, кровно заинтересованного в сохранении старого способа производства.

1.2.Социально-политическая система как фактор проведения реформы

Основной общественной силой, боровшейся за уничтожение феодально- крепостнического строя, было закрепощённое крестьянство. Антифеодальная борьба крестьянства была стихийной; установление капиталистических производственных отношении являлось объективным результатом этой борьбы.

Крестьянское движение против помещиков нарастало с каждым десятилетием. Развитие капиталистического уклада в условиях господства феодально- крепостнического строя было мучительным процессом для угнетённых масс. Процесс этот, сопровождавшийся обнищанием помещичьих, государственных и удельных крестьян, особенно усилился во время и после Крымской войны. Война обострила и ускорила развитие этих процессов, что вызывало ещё большее усиление нищеты и бедствий трудящихся масс, содействовало возрастанию их натиска на феодальный строй.

Крестьянство отвечало на рост помещичьей эксплуатации, на обезземеливание и разорение усилением стихийного движения, охватившего к концу 50-х годов всю Европейскую Россию.

Сохранение крепостного рабства становилось всё более невыносимым для крестьян.

Широкий размах приобретает крестьянское движение народов России в годы Крымской воины в связи сростом налогового бремени и резким ухудшением положения крестьянства. Вместе с тем неоднократные обращения царя ко всем сословиям с призывом к патриотическим жертвам, с объявлением о наборах ополченцев пробуждали в крестьянстве уверенность, что участием в войне оно купит себе свободу. В апреле 1854 г. вышел указ о наборе в морское ополчение. Набор производился с целью формирования гребной флотилии для обороны Балтийского побережья и распространялся на четыре губернии — Петербургскую, Олонецкую, Тверскую и Новгородскую. От крепостных крестьян при записи в ополчение требовалось разрешение помещика. В крестьянстве прошёл слух о том, что вступление в ополчение освободит ополченцев и их семьи от крепостной зависимости. На этой почве возникли волнения, охватившие кроме указанных ряд внутренних губерний (Рязанскую, Тамбовскую, Владимирскую и др.). Движение было прекращено военной силой. В 1855 г. в связи с призывом в общегосударственное ополчение волнения крестьян приняли ещё более грозные размеры. Особенно остро протекали они на Украине — в Киевской губернии, где ненависть к польским панам-помещикам и воспоминания о казачестве придали им своеобразную форму. В народе заговорили о существовании скрываемого панами и попами указа, которым все крестьяне якобы призываются “в казаки” и освобождаются от крепостной зависимости с передачей им в собственность земель и имущества помещиков. Крестьяне отказывались от работы на господ, вводили явочным порядком самоуправление, не слушались “убеждений” начальства и в ряде случаев оказывали сопротивление войскам. В результате столкновений насчитывалось много убитых и раненых крестьян. Это движение перебросилось и в Поволжье. Чрезвычайно резкую форму оно приняло среди татар Казанской и Нижегородской губерний, отказывавшихся нести военную службу.

В великороссийских губерниях движение 1855 г. выразилось в массовом бегстве крепостных в города, где они требовали зачисления в общегосударственное ополчение. Значительным упорством отличались волнения в Воронежской губернии. В 1856 г. крестьянское движение проявилось в новой форме — в самостоятельном уходе десятков тысяч крепостных, главным образом украинских крестьян Херсонской и Екатеринославской губерний, па Крымский полуостров, в “Таврию за волей”. Толчком к этому движению послужили слухи, что в Крыму крестьяне получат волю. Правительство двинуло крупные военные силы, чтобы подавить это движение.

Особенно усиливается крестьянское движение в последние годы перед реформой. В среднем в первую четверть XIX в. ежегодно имело место более 11 волнении, в 1826—1854 гг.— более 24 и в 1855—1861 гг.— более 79.

Процесс расслоения крепостной деревни выделял крестьянскую бедноту и ставил её в тяжёлую материальную зависимость от деревенского богатея. Во время неурожаев крестьяне питались “хлебом” из желудей, мякины и лебеды. Крымская война явилась исходным моментом значительного ухудшения в положении угнетённых масс: огромные рекрутские наборы вырывали из деревни большое количество кормильцев в возрасте наивысшей трудоспособности. Бедствия крестьян, ещё раньше увеличившиеся в связи с разложением крепостного хозяйства и усилением эксплуатации, обострились во время войны. Крестьянские хозяйства приходили в упадок, семьи крестьян с уходом кормильцев часто обрекались на нищету и голод. Ряд последовательных неурожаев, начавшихся ещё до войны и продолжавшихся во время неё, усугублял тяжесть положения крестьянства. Опустошение казны военными расходами вело к усилению налогового бремени, падавшего на трудовое население.

2. Законодательное обеспечение реформы

2.1. Манифест о всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей и об устройстве их быта

Манифест 19 февраля явился основным документом реформы, именно он провозгласил реформу, на положения манифеста опирались прочие законодательные акты, регулирующие ход реформы, манифест определял также механизм ее реализации (правовые акты и государственные органы).

Манифест определял цель реформы: “..крепостные люди получат в свое время полные права свободных сельских обывателей”, т.е. не просто отмену крепостного права, а наделение бывших крепостных дополнительными правами и возможностями, которые на тот момент имелись у свободных крестьян, и от которых крепостных отделяла не только личная зависимость от помещика.

Помещики сохраняли право собственности на землю – это было вторым ключевым пунктом реформы. Они обязывались наделить своих бывших крепостных землей и жильем за выполнение теми повинностей – своеобразную арендную плату. Так как создатели манифеста понимали, что отмена крепостной зависимости сама по себе не делает крестьянина свободным, для обозначения безземельных бывших крепостных было введено особое обозначение: “временно- обязанные”.

Крестьянам предоставлялась возможность выкупать усадьбы, а с согласия помещиков - приобретать пашню и другие угодья, отведенные им в постоянное пользование. С приобретением в собственность определенного количества земли, крестьяне освобождались от обязанностей к помещикам по выкупленной земле и вступали в состояние свободных крестьян-собственников.

Особым положением о дворовых людях определялось для них и переходное состояние, приспособленное к их занятиям и потребностям; по истечении двухлетнего срока от дня издания Положения, они получали полное освобождение и срочные льготы.

На этих главных началах составленными Положениями определялось будущее устройство жизни крестьян и дворовых людей, устанавливался порядок общественного крестьянского управления, и указывались подробно данные крестьянам и дворовым людям права и возлагаемые на них обязанности в отношении к государству и к помещикам.

Все Положения, общие, местные, и особые дополнительные правила для некоторых местностей, для имений мелкопоместных владельцев и для крестьян, работавших на помещичьих фабриках и заводах, по возможности были приспособлены к местным хозяйственным потребностям и обычаям. Чтобы сохранить обычный порядок там, где он представляет “обоюдные выгоды” (в первую очередь, конечно, помещикам), помещикам предоставлялось право заключать с крестьянами добровольные соглашения о размере поземельного надела крестьян и о следующих за него повинностях, с соблюдением правил, установленных для обеспечения ненарушимости таких договоров.

Манифест устанавливал, что новое устройство не может быть введено вдруг, а требует времени, примерно не менее двух лет; в течение этого времени, “в отвращение замешательства, и для соблюдения общественной и частной пользы”, существовавший в помещичьих имениях порядок должен был быть сохранен “дотоле, когда, по совершении надлежащих приготовлений, открыт будет новый порядок”.

Для достижения этих целей постановлялось: 1. Открыть в каждой губернии Губернское Присутствие по крестьянским делам, которому вверялось высшее ведение делами крестьянских обществ на помещичьих землях. 2. Для рассмотрения на местах недоразумений и споров, могущих возникнуть при исполнении Положений, назначить в уездах Мировых Посредников, и образовать из них Уездные Мировые Съезды. 3. Образовать в помещичьих имениях мирские управления, для чего, оставляя сельские общества в прежнем составе, открыть в значительных селениях волостные управления, а мелкие сельские общества соединить под одно волостное управление. 4. Составить по каждому сельскому обществу или имению уставную грамоту, в которой будет исчислено, на основании местного Положения, количество земли, предоставляемой крестьянам в постоянное пользование, и размер повинностей, причитающихся с них в пользу помещика, как за землю, так и за другие выгоды. 5. Уставные грамоты приводить в исполнение по мере утверждения их для каждого имения, а окончательно по всем имениям ввести в действие в течение двух лет, со дня издания Манифеста. 6. До истечения этого срока, крестьянам и дворовым людям пребывать в прежнем повиновении помещикам и беспрекословно исполнять прежние их обязанности. 7. Помещикам сохранить наблюдение за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов.

Текст Манифеста, возвещавшего освобождение крепостных крестьян, был написан по поручению Александра II московским митрополитом Филаретом (Дроздовым). Как и другие документы реформы, он был подписан императором 19 февраля 1861 г.

В Манифесте доказывалась законность существовавшей до этого власти помещиков над крестьянами, объяснялось, что хотя прежние законы и не определяли пределы права помещика над крестьянами, однако они обязывали его устроить... благосостояние крестьян. Рисовалась идиллическая картина первоначальных добрых патриархальных отношений искренней правдивой попечительности и благотворительности помещика и добродушного повиновения крестьян, и лишь в дальнейшем, при уменьшении простоты нравов, при умножении разнообразия отношений... добрые отношения ослабевали и открывался путь произволу, отяготительному для крестьян. Тем самым автор Манифеста стремился внушить крестьянам, что их освобождение от крепостной зависимости — акт благодеяния высшей власти (самодержавия), которая побудила помещиков к добровольному отказу от своих прав на личность крепостных людей.

В Манифесте кратко излагаются и основные условия освобождения крестьян от крепостной зависимости (детально они изложены в утвержденных 19 февраля 1861 г. восьми Положениях и девяти Дополнительных правилах).

По Манифесту, крестьянин сразу получает личную свободу (полные права свободных сельских обывателей).

Ликвидация феодальных отношений в деревне — не единовременный акт, а длительный процесс, растянувшийся на несколько десятилетий. Полное освобождение крестьяне получали не сразу с момента обнародования Манифеста и Положений, т. е. 19 февраля 1861 г. В Манифесте объявлялось, что крестьяне в течение двух лет (до 19 февраля 1863 г.) обязаны отбывать те же самые повинности (барщину и оброк), что и при крепостном праве, и находиться в прежнем повиновении помещикам. Помещики сохранили право наблюдения за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов. Таким образом, черты внеэкономического принуждения продолжали сохраняться и после объявления “воли”. Но и по истечении двух переходных лет (т. е. после 19 февраля 1863 г.) крестьяне еще длительное время находились на положении временно- обязанных. В литературе иногда неверно указывается, будто срок временно- обязанного состояния крестьян заранее был определен в 20 лет (до 1881 года). В действительности ни в Манифесте, ни в Положениях 19 февраля 1861 г. никакого фиксированного срока прекращения временно-обязанного состояния крестьян не устанавливалось. Обязательный перевод крестьян на выкуп (т.е. прекращение временно-обязанных отношений) был установлен Положением о выкупе наделов остающимися еще в обязательных отношениях к помещикам в губерниях, состоящих на Великороссийском и Малороссийском местных положениях 19 февраля 1861 года от 28 декабря 1881 г., а в девяти западных губерниях (Виленской, Гродненской, Ковенской, Минской, Витебской. Могилевгкой. Киевской, Подольской и Волынской) крестьяне были переведены на обязательный выкуп в 1863 г.

Манифест провозглашал сохранение нрава помещики” на всю землю в их имениях, в том числе и на крестьянскую надельную, которую крестьяне получали в пользование за определенные местными положениями повинности. Чтобы стать собственником своего надела, крестьянин должен был выкупить его. Условия выкупа подробно изложены в Положении о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их усадебной оседлости и о содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность полевых угодий.

Цитируя “Послание апостола Павла к римлянам” (глава 13, стихи 1-й и 7- й); “всякая душа должна повиноваться властям предержащим” и “воздавать всем должное, и в особенности, кому должно, урок, дань, страх, честь”, автор Манифеста убеждал крестьян сохранять полное повиновение властям и помещикам.

19 февраля 1861 г. царем был подписан указ Правительствующему сенату, которому повелевалось “сделать зависящее распоряжение о немедленном обнародовании и приведении в действительное исполнение” препровожденных в Сенат указанных 17-ти законодательных актов о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости. Сенату предписывалось “принять меры, чтобы Положения общие, предназначенные к исполнению повсеместному, были доставлены помещикам и в сельские общества крестьян, водворенных на помещичьих землях, а Положения местные и дополнительные к оным правила были препровождены по принадлежности к помещикам и в сельские общества тех местностей, до коих каждое из сих узаконении касается”. Тексты Положений и Манифеста 19 февраля 1861 г. были опубликованы также в качестве Приложения к № 20 “Сенатских ведомостей” от 10 марта 1861 г. В начале марта 1861 г. было принято постановление: “Дабы облегчить изучение сих Положений, признано полезным издать краткое из них извлечение, собственно о порядке постепенного введения в действие новых постановлений, относящихся до прав и обязанностей крестьян и дворовых людей”. В “Кратком изложении” содержались статьи: о личных правах и обязанностях крестьян, правила о их поземельном устройстве и правила о дворовых.

Обнародование Манифеста и Положений 19 февраля 1861 г., содержание которых обмануло надежды крестьян на “полную волю”, вызвало взрыв крестьянского протеста уже весной 1861 года: за первые пять месяцев зарегистрировано 1340 массовых крестьянских волнений, а всего за год — 1859 (примерно столько же, сколько их учтено за всю первую половину XIX века). В 937 случаях крестьянские волнения в 1861 году были усмирены с применением военной силы . Фактически не было ни одной губернии, в которой в большей или меньшей степени не проявился бы протест крестьян против “дарованной” им “воли”. Наибольший размах крестьянское движение приняло в центрально- черноземных губерниях, в Поволжье и на Украине. где основная масса крестьян находилась на барщине и наиболее острым был аграрный вопрос. Большой общественный, резонанс имели восстания крестьян, кончившиеся их расстрелом, в апреле 1861 г. в селах Бездне (Казанская губ.) и Кандеевке (Пензенская губ.), в которых приняли участие десятки тысяч крестьян.

2.1. Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости

Положение определяло в общих чертах личные и имущественные права и обязанности вышедших из крепостной зависимости крестьян, образование и функции сельских и волостных органов крестьянского самоуправления, характер “попечительства” над крестьянами их бывших помещиков на период временно- обязанного состояния, а также порядок отбывания казенных, земских и мирских повинностей. Прочие Положения и Дополнительные правила, утвержденные 19 февраля 1861 г., являлись развитием и детальной конкретизацией норм, которые изложены в Общем положении.

Освобождение крестьян от крепостной зависимости и предоставление им права заводить торговые и промышленные предприятия, заключать имущественные сделки, выступать от своего имени в судах, возбуждать судебные иски, приобретать недвижимую собственность, переходить (хотя и с определенными ограничениями) в другие сословия — все это давало больший простор крестьянскому предпринимательству, способствовало росту отхода крестьян на заработки, складыванию рынка рабочей силы, т. е. в конечном счете создавало более благоприятные условия для развития капитализма в России. Вместе с тем в течение переходного периода еще продолжали сохраняться черты внеэкономического принуждения: временно-обязанное состояние крестьян, право вотчинной полиции помещика, зависимость крестьян и сельских органов крестьянского самоуправления от местной администрации. Но и после переходного периода сохранялась сословная неравноправность крестьян, прикрепление их к общине, к наделу. Крестьянство продолжало оставаться низшим, податным сословием, которое обязано было нести разного рода денежные и натуральные повинности, подвергалось телесным наказаниям, от чего были освобождены привилегированные сословия — дворянство, духовенство, купечество.

В Общем положении о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости, отразился противоречивый характер реформы — вводя нормы буржуазного права, оно одновременно сохраняло и ряд крепостнических черт.

Статьи 1—2 предоставляют личную свободу крепостным крестьянам, однако с теми ограничениями, которые определялись нормами как данного Положения, так и других актов крестьянской реформы.

Личную свободу, а также ряд имущественных прав, указанных в последующих статьях Общего положения, крестьяне получали с момента обнародования Манифеста и Положений 19 февраля 1861г. Необходимо подчеркнуть большую значимость акта предоставления крестьянам личной свободы и связанных с ней гражданских и иных прав, предусмотренных статьями 21—39 данного Положения. Борьба крестьян за “волю” была ведущим направлением в многовековой истории крестьянского движения.

С момента обнародования закона об отмене крепостного права бывший крепостной крестьянин, у которого ранее помещик мог отобрать все его достояние и его самого продать, заложить. подарить, проиграть в карты, сдать вне очереди в рекруты, без всякой со стороны крестьянина вины сослать в Сибирь, получал не только возможность свободно распоряжаться своей личностью, но и приобретал ряд других личных и имущественных прав. Последующие буржуазные реформы, предоставлявшие крестьянам право участвовать в суде в качестве присяжных заседателей, избирать и быть избранными в земские учреждения и т. д., еще более расширяли права крестьян, а главное — консолидировали крестьянство, стирали грани между бывшими помещичьими, удельными и государственными крестьянами.

По 10-й ревизии (1858 год)[4] в России насчитывалось 23069631 человек обоего пола крепостных крестьян, в том числе 22 563 086 находились в Европейской России и Сибири и 506 545 человек в Закавказском крае. Из числа 22 563 086 человек обоего пола крепостных Европейской России и Сибири 542 599 человек числились “приписанными к частным заводам и фабрикам” и 40 544 человека — крепостными “разных ведомств”. Собственно помещичьих крестьян в Европейской России и в Сибири числилось 21 979 933 человека обоего пола, из них “помещичьих крестьян на общем праве” — 21 625 609 человек и “на условном праве” — 354324. Из 21625609 человек помещичьих крестьян 20 158 231 составляли “поселенные крестьяне”, т. е. имевшие свои наделы и исполнявшие феодальные повинности, и 1 467 378 человек обоего пола — дворовые люди. Всех дворян, владевших крепостными крестьянами в Европейской России и в Сибири, в 1858 году насчитывалось 106 897 (точнее, владельцев имений, а вместе с семьями численность помещичьего класса составляла около 0,5 млн. человек обоего пола). Беспоместных дворян, владевших только дворовыми, насчитывалось 3703. У них было 12286 мужского пола (далее — м. п.) душ дворовых. Собственно помещиков, владевших землями и поселенными на этих землях крестьянами, насчитывалось 103 194. У них крестьян и дворовых людей находилось во владении 10683853 души м. п.

Помещичьи крестьяне, получившие в 1861 году личную свободу, зачислялись в состав податных сословий, которые в отличие от привилегированных сословий (дворян, почетных граждан, духовенства, купцов 1—2 гильдий) обязаны были платить подушную подать, отбывать прочие государственные повинности, в том числе и рекрутскую.

Центральным вопросом реформы был вопрос о земле. Закон подчеркивал право собственности помещиков на всю землю в имении, в том числе и на крестьянскую надельную, а крестьяне объявлялись лишь пользователями этой надельной земли, обязанными отбывать за нее помещику установленные Положениями повинности — барщину или оброк. Наделение крестьян землей за повинности и определяло временнообязанное состояние бывшего крепостного крестьянства после отмены крепостного права.

Выдвигавшиеся в ходе подготовки реформы помещиками-крепостниками проекты о безземельном освобождении крестьян были отвергнуты. Принятая 4 декабря 1838 г. правительственная программа разработки реформы предусматривала обязательное наделение крестьян необходимым количеством земли. При наделении крестьян землей правительство исходило из двух принципиальных соображений: 1) из интересов сохранения крестьянского хозяйства как объекта эксплуатации и 2) обеспечения спокойствия в стране из опасения крестьянских волнений. Власти великолепно знали, что одним из главных требований в крестьянском движении было предоставление крестьянам земли (“воли без земли не бывает”—таков был лозунг крестьян). Но если полное обезземеление крестьян в силу указанных соображений было невозможно, то и наделение крестьян достаточным количеством земли, которое поставило бы крестьянское хозяйство в независимое положение от помещичьего, было невыгодно помещику. Поэтому была поставлена задача предоставить крестьянам землю в таком размере, чтобы они были привязаны к своему хозяйству, к своему наделу, а вследствие недостаточности последнего — привязаны к помещичьему хозяйству. Отсюда и родилась система отрезков от крестьянского надела, зафиксированная в местных положениях.

При крепостном праве помещик обязан был по закону продовольствовать крестьян в голодные годы, а также призревать (т. е. давать содержание) престарелых и “увечных” крестьян, у которых не было ближайших родственников. На практике и в то время помещик возлагал эту обязанность на самих крестьян: он обязывал их создавать “запасные хлебные магазины” (страховой зерновой запас), вводил для этого специальные “мирские запашки” и облагал крестьян дополнительным мирским сбором на содержание одиноких инвалидов и престарелых. На помещика также была возложена ответственность за уплату крестьянами подушной подати; от его воли в значительной мере зависела и отдача крестьян в рекруты. Комментируемая статья освобождает помещика от этих обязанностей.

Статья 10 возлагает на крестьян те обязанности (по общественному продовольствию, призрению), которые снимались с помещика. Статьи 11—16 предусматривают право крестьян выкупить свои наделы в собственность. Условия этого выкупа и права крестьян на выкупленную ими надельную землю изложены в Положении о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их усадебной оседлости и о содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность полевых угодий.

В статьях 18—20 определяется система управления крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости: вотчинная полиция, общие и специальные государственные органы. Последние указаны в Положении о губернских и уездных по крестьянским делам учреждениях.

Статьи 21—39 определяют новый статус крестьянина. Крестьяне поступали в категорию свободных сельских обывателей, т. е. приобретали права (а также и новые обязанности) незакрепощенных податных сословии.

Статья 21 отменяет особенно ненавистное для крестьян право помещика вмешиваться в их семейную жизнь. Обильный документальный материал, относящийся к эпохе крепостного права (а также и литературные произведения), содержит потрясающие описания трагедий крестьян вследствие вмешательства в их личную жизнь помещиков и “по закону” и в порядке “злоупотребления помещичьей властью”.

Статьи 22—23 содержат перечисление имущественных прав, предоставляемых освобожденным от крепостной зависимости крестьянам. Особого внимания заслуживает здесь свобода торгово-предпринимательской деятельности. Крестьяне приобретали права, предусмотренные уставами Торговым и Фабричным: заниматься торговлей, всякого рода ремесленной деятельностью, устраивать фабрики и заводы, записываться в ремесленные цехи того или иного города (но при этом оставаясь в своем звании крестьян), заниматься казенными подрядами и т. д. Примечание к ст. 23 имеет в виду статьи местных положений: ст. 107 для губерний великороссийских, новороссийских и белорусских, ст. 107 для губерний малороссийских, ст. 84 для губерний Правобережной Украины и ст. 79 для литовско-белорусских губерний. Указанные статьи предоставляли крестьянину право, “не испрашивая на то особого разрешения ни у помещика, ни у общества”, устраивать и содержать на своей усадебной земле постоялые дворы, промышленные и торговые заведения (согласно Уставу торговому, предоставлявшему таковое право всем свободным сословиям).

Статья 24 предоставляет крестьянам правоспособность в сфере гражданского и уголовного процесса. Характерно декларируемое в примечании 2 к данной статье право иска и жалобы крестьян как на посторонних лиц, так и на владельца земли, на которой они водворены, т. е. на своего бывшего помещика. Напомним, что крестьянам при крепостном праве было запрещено жаловаться на помещиков. В статье специально подчеркивается отсутствие у ее норм обратной силы, что имело особый смысл, поскольку помещики в преддверии реформы принимали дополнительные меры к ограблению и притеснению крестьян: продажа крестьян отдельно от земли (“на своз”), что противоречило даже тогдашним законам, насильственное переселение на неудобные земли, перевод в дворовые, отнятие имущества, ссылка в Сибирь и т. п.

При взыскании штрафов, пеней, недоимок и пр. применялись статьи Устава о благоустройстве казенных селений. Статьи 384—407 этого Устава регламентируют “порядок и способы исполнения приговоров сельских и волостных расправ” в селениях государственных крестьян, процедуру удовлетворения имущественных исков (в частности, порядок продажи крестьянского имущества за долги, отдачи должника или недоимщика в общественные работы, “порядок и способы исполнения решений судебных мест”). В данном случае применялись нормы изданного 30 апреля 1838 г. Учреждения об управлении государственными имуществами в губерниях.

Статья 25 лишает помещика одной из его существенных феодальных привилегий — права вотчинной юстиции. В крепостную эпоху помещик пользовался в своем имении широкой административной и полицейской властью: имел право держать свои тюрьмы, наказывать телесно крестьян. В 1857 году подтверждалось право помещиков наказывать крестьян розгами до 40 ударов, палками до 15 ударов, заключать в смирительные дома на срок до трех месяцев или сдавать в арестантские роты гражданского ведомства на срок до шести месяцев. Вес это совершалось без суда, по личной воле помещика, решение которого было безапелляционным и приводилось в исполнение немедленно. На помещиков вообще была возложена функция поддерживать полицейский порядок в крепостной деревне.

Помещики пользовались своими правами гораздо шире, чем это им было предоставлено но закону. В смысле расправ и наказании крестьян произвол не знал границ. Архивы тогдашних правительственных учреждений полны жалобами крестьян на произвол помещиков. Закон и теперь, однако, оставляет за помещиком некоторое право вмешательства в уголовные дела его бывших крестьян. Таким образом, если ст. 9 Общего положения снимала с помещика обязанность ходатайствовать за крестьян по делам гражданским и уголовным, то ст. 28 не отнимала у него права вмешательства в дела крестьян.

Указанные в ст. 29 права подробно регламентированы в ст.ст. 47, 71, 75, 130—140 данного Положения, а также надлежащими статьями других законов: Устава о службе от правительства, Устава о податях. Законов межевых и пр. Эти права предоставляли возможность (разумеется, зажиточному крестьянству) путем получения соответствующего образования, оставления надела с уплатой всех за него повинностей или досрочного выкупа выйти из общины, приписаться в мещане или в купцы. Пореформенная статистика свидетельствует о значительном росте численности мещан и купечества за счет выходцев из крестьян.

Статья 30 дополняет формулировку ст. 25, имея в виду лишь одну конкретную форму воздействия — поражение в сословных правах.

Статья 31 конкретизируется в ст. 8—26 Положения о выкупе. Комментируемая статья провозглашает гарантию от посягательств со стороны помещика на движимое имущество крестьян, на их общественные денежные средства и хлебные запасы. Эта гарантия весьма существенна, ибо при крепостном праве крестьянское имущество нисколько не было защищено от произвола помещика.

До 1848 года закон не разрешал помещичьим крестьянам приобретать недвижимую собственность (землю) на свое имя. Всякие покупки земли (как и другой недвижимости) крестьяне могли производить только на имя своих помещиков. Тем самым помещики становились юридически собственниками покупных крестьянских земель. Таким образом, права крестьян на это имущество законом не были защищены. Указ 3 марта 1848 г. предоставил и помещичьим крестьянам право покупать земли, дома. лавки, мельницы и пр., но с согласия помещиков. Судя по последующему законодательству, такое согласие они получали не всегда, почему и после 1848 года вынуждены были покупать землю на имя господина. Однако основная масса таких земель была куплена, конечно, до указа. Исключив из действия закона земли, купленные крестьянами до 1848 года. указ 3 марта 1848 г. открывал перед помещиками широкие возможности для прямого захвата этих земель. Такие случаи особенно участились в период подготовки крестьянской реформы. Помещики в предвидении реформы шли на всякие ухищрения для захвата покупных крестьянских земель: отбирали их за оброчные недоимки, за предоставленные в долг деньги, отбирали под видом “покупки” за ничтожную пену, присоединяли их к наделении земле, продавали их как свою собственность, пользуясь утратой крестьянами документов на покупные земли, и т. п.

Статья 32 официально признает за крестьянами право собственности на земли, приобретенные ими в крепостное время, на условиях, которые сформулированы в специальных правилах, приложенных к статье.

“Буде помещик не согласится выдать крестьянам надлежащие данные на имущества, приобретенные ими на имя их помещиков, крестьяне могут заявлять о том, не пропуская десятилетней давности со времени приобретения недвижимого имущества, мировому посреднику для распоряжений на основании нижеследующих статей.

Если мировому посреднику будет заявлено крестьянами о принадлежности им недвижимого имущества, приобретенного ими на собственные деньги, хотя и на имя помещика, то мировой посредник обязан спросить о том владельца и, когда нужно, потребовать его письменного по сему предмету отзыва. Буде в сем отзыве или в уставной грамоте владелец, безусловно признает право крестьян на сие имущество, то мировой посредник утверждает оное за крестьянами и выдает им копию с своего о том постановления. Земля, признанная на сем основании собственностью крестьян, не включается в состав мирского надела и не облагается никакой в пользу помещика повинностью..

7) При суждении сего рода дел как мировой посредник, так и мировой съезд и губернское присутствие обязаны принимать в уважение только доказательства письменные, как те, кои принимаются судами на основании гражданского судопроизводства по делам тяжебным, так и домашние, не подлежащие в подлинности своей никакому спору и сомнению бумаги.

8) Когда право собственности крестьян на имущество такого рода будет признано и утверждено губернским присутствием, действующим в качестве высшего совестного суда, уездный суд по предъявлении оному полученной крестьянином или крестьянами копии с решения дела немедленно выдает им на означенное имущество данную на гербовой бумаге низшего достоинства без взимания пошлин.

9) Заложенное имущество, признанное на основании предыдущих статей собственностью крестьянина или крестьян, не освобождается от залога, и имущество, проданное с публичного торга или перепроданное в другие руки, остается у последнего покупщика, но крестьянам предоставляется в сих случаях отыскивать судебным порядком понесенные ими убытки с помещика, на имя которого было приобретено имущество, или же с его наследников”.

Приведенные правила, как видно из их содержания, ставили крестьянам жесткие условия для возврата их покупных земель. Прежде всего, правила ограничивали иск сроком давности покупки: он не должен был превышать 10 лет. Данные по семи центрально-промышленным губерниям России (Владимирской, Калужской, Костромской, Московской. Нижегородской, Тверской и Ярославской), в которых более, нежели в других регионах страны, покупалось крестьянами на имя помещиков земли, показывают, что подавляющее число покупок, произведенных крестьянами (90%), и купленной земли (97%) приходилось на время до 1851 года (т. е. до предельной даты срока давности). Далее, для утверждения своих прав на землю крестьяне обязаны были представить письменные документы на владение этой землей. Как правило, такие документы находились у помещика, поскольку покупки совершались на его имя. Сама процедура рассмотрения спора о покупных землях всецело зависела от мировых посредников, уездных мировых съездов и губернских по крестьянским делам присутствий (дворянских по своему составу), которые далеко не всегда решали споры в пользу Крестьян.

По смыслу данных правил, губернское по крестьянским делам присутствие являлось окончательной инстанцией в решении споров крестьян с помещиками о покупных землях. Однако, как показывают архивные документы высших государственных учреждений, крестьяне при отказах им в исках губернскими присутствиями обращались с ходатайствами в Главный комитет об устройстве сельского состояния и в Земский отдел Министерства внутренних дел (в архивных фондах которых и сохранились многочисленные тяжебные дела бывших крепостных крестьян о покупных землях). Судя по этим документам, полная драматизма борьба крестьян за собственные земли продолжалась почти два десятилетия после обнародования Положении 19 февраля 1861 г.

В 1862 году Министерство внутренних дел предложило Главному комитету об устройстве сельского состояния пересмотреть условия закрепления купчих крестьянских земель, сняв десятилетний срок давности для предъявления иска и расширив круг принимаемых к рассмотрению доказательств. Но утвержденное 6 мая 1863 г. царем мнение Государственного совета оставило в неприкосновенности эти правила . В 1871 году последовало разъяснение Главного комитета: “Помещик имеет право землю, купленную крестьянами на его имя до 3 марта 1848 г., передать им или оставить за собою, и затем продать в составе прочего своего имения как собственность” . Тем самым самому помещику предоставлялось право решать, возвращать крестьянам их покупную землю или распоряжаться ею как своей собственностью.

Предоставление ст. 33—35 крестьянам права приобретать в полную собственность землю, как в индивидуальном порядке, так и обществами и товариществами, имело далеко идущие экономические и социальные последствия. За 1863—1892 годы крестьянами было куплено 12 110 816 десятин земли, из них в единоличную собственность — 5 789 862 десятины, товариществами — 4 847 643 десятины и сельскими обществами — 1473311 десятин. Основным объектом купли-продажи земли были помещичьи земли, так как крестьянские надельные земли на долгое время были фактически исключены из торгового оборота. Вовлечение помещичьей .земли в торговый оборот и формирование буржуазной земельной собственности.

Как явствует из содержания ст. 36, в случаях, когда земля приобреталась на вольном рынке обществами и товариществами, любому участнику этих покупок предоставлялось право, даже без согласия общества и товарищества, потребовать выделения в единоличную собственность своего пая или же денежного за него вознаграждения. Значимость таковой возможности заключается в том. что крестьянину, собственнику земли, открывался путь выхода из общины: он мог отказаться от своего надела (выполнив при этом все прочие формальности) и строить свое хозяйство на покупной земле.

Второй раздел Положения регулировал устройство сельских обществ и волостей и их управления.

“Сельское общество” составлялось из крестьян, на земле одного помещика: оно могло состоять либо из целого селения (села или деревни), либо из одной части разнопоместного селения, либо из нескольких мелких, по возможности смежных, и, во всяком случае, ближайших между собой поселков (выселков, починков, хуторов, застенков, односелий, или отдельных дворов, и т.п.), пользующихся всеми угодьями, или некоторыми из них сообща, или же имеющих другие общие хозяйственные выгоды.

"Волости" образовывались из состоящих в одном уезде и, по возможности, смежных, сельских обществ. При соединении в волости сельские общества не раздроблялись. Сельское общественное управление составляли сельский сход и сельский староста. Сверх того, общества могли иметь: особых сборщиков податей; смотрителей хлебных магазинов, училищ и больниц; лесных и полевых сторожей; сельских писарей, и т. п.

"Сельский сход" составляется из крестьян-домохозяев, принадлежавших к составу сельского общества, и, кроме того, из всех назначенных по выбору сельских должностей лиц. Не воспрещалось домохозяину, в случае отлучки, болезни и вообще невозможности лично явиться на сход, присылать вместо себя кого-либо из членов своего семейства; с дворов же многотягольных дозволяется присылать на сход двух или более крестьян, если сие согласно с местным обычаем.

Ведению сельского схода подлежали:

- выборы сельских должностных лиц и назначение выборных на волостной сход;

- приговоры об удалении из общества его членов; временное устранение крестьян от участия в сходах не долее, как на три года;

- увольнение из общества членов его и прием новых;

- назначение опекунов и попечителей; проверка их действий;

- разрешение семейных разделов;

- дела, относящиеся до общинного пользования мирскою землею: передел земель, накладка и скидка тягл, окончательный раздел общинных земель на постоянные участки и т.п.;

- при участковом или подворном (наследственном) пользовании землею, распоряжение участками мирской земли, не состоящими в подворном пользовании;

- совещания и ходатайства об общественных нуждах, благоустройстве, обучении грамоте;

- принесение, жалоб и просьб, по делам общества, через особых выборных;

- назначение сборов на мирские расходы;

- раскладка всех лежащих на крестьянах казенных податей, земских и мирских денежных сборов, равно как земских и мирских натуральных повинностей, и порядок ведения счетов по означенным подателям и сборам;

- учет должностных лиц, сельским обществом избранных, и назначение им жалованья или иного за службу вознаграждения;

- дела по отбыванию рекрутской повинности, в той степени, в какой они касаются сельского общества;

- раскладка оброка и издельной повинности по тяглам, по душам, или иным принятым способом, там, где повинности, в пользу помещика, отбываются за круговую порукою целого общества;

- принятие мер к предупреждению и взысканию недоимок;

- назначение ссуд из запасных сельских магазинов и всякого рода вспомоществовании;

- дача доверенностей на хождение по делам общественным;

54. Для решения нижеследующих дел требуется согласие не менее двух третей всех крестьян, имеющих голос на сходе:

- о замене общинного пользования землею участковым или подворным

(наследственным);

- о разделе мирских земель на постоянные наследственные участки;

- о переделах мирской земли;

- об установлении мирских добровольных складок и употреблении мирских капиталов;

- об удалении порочных крестьян из общества и предоставлении их в распоряжение Правительства.

Сельский староста исполнял, в пределах ведомства сельского общественного управления, следующие обязанности:

- созывал и распускал сельский сход и сохранял на нем порядок;

- предлагал на рассмотрение схода все дела, касающиеся нужд и польз сельского общества;

- наблюдал за целостью меж и межевых знаков, на землях, в пользовании крестьян находящихся или принадлежащих им в собственность;

- наблюдал за исправным содержанием дорог, мостов, гатей, перевозов и пр., на землях, отведенных сельскому обществу в надел или приобретенных крестьянами в собственность;

- наблюдал за исправным отбыванием крестьянами податей и всякого рода повинностей как казенных, земских и мирских, так оброка или издольной повинности в пользу помещика, и собирал сии подати и оброки в тех обществах, где не было особых сборщиков;

- понуждал к исполнению условий и договоров крестьян между собою, а равно заключенных с помещиками и посторонними лицами, когда такие договоры не оспариваются самими крестьянами;

- надзирал за порядком в училищах, больницах, богодельнях и других общественных заведениях, если они учреждены сельским обществом на свой собственный счет;

- наблюдал за своевременным составлением ревизских сказок, и подает оные, куда следует;

- по просьбам крестьян о выдаче им установленных билетов и паспортов на отлучки, или об увольнении вовсе из общества, давал волостному старшине надлежащее удостоверение в том, что к увольнению означенных крестьян препятствия нет;

- заведывал, в порядке, установленном обществом, мирским хозяйством и мирскими суммами; надзирает за целостью запасного общественного хлеба и за правильным распоряжением оным;

- охранял от растраты те имущества неисправных плательщиков, коими обеспечивается взыскание недоимки.

Волостное управление составляли волостной сход, волостной старшина с волостным правлением и волостной крестьянский суд.

"Волостной сход" составлялся из сельских и волостных должностных лиц, замещаемых по выбору, и из крестьян, избираемых от каждого селения или поселка, к волости принадлежащего, по одному от каждых десяти дворов, как пользующихся землею за повинности, так и приобретших участки в собственность.

Ведению волостного схода подлежали:

- выборы волостных должностных лиц и судей волостного суда;

- постановление о всех вообще предметах, относящихся до хозяйственных и общественных дел целой волости;

- учреждение волостных училищ; распоряжения по волостным запасным магазинам, где они есть;

- принесение, куда следует, жалоб и просьб, по делам волости, чрез особых выборных;

- назначение и раскладка мирских сборов и повинностей, относящихся до целой волости;

- поверка действий и учет должностных лиц, волостью избираемых;

- поверка рекрутских списков и раскладка рекрутской повинности,

- дача доверенностей на хождение по делам волости.

По полицейским делам, волостной старшина в пределах ведомства волостного управления был обязан:

- объявлять, по предписаниям земской полиции, законы и распоряжения правительства, и наблюдать за нераспространением между крестьянами подложных указов и вредных для общественного спокойствия слухов;

- охранять благочиние в общественных местах и безопасность лиц имуществ от преступных действий, а также принимать первоначальные меры для восстановления нарушенной тишины, порядка и безопасности, впредь до распоряжения земской полиции;

- задерживать бродяг, беглых и военных дезертиров, и представлять их полицейскому начальству;

- доносить земской полиции о самовольно отлучившихся из волости и о преступлениях и беспорядках, случившихся в волости;

- наблюдать за точным исполнением установленных настоящим Положением правил о приписке, увольнении и перечислении крестьян из одного общества в другое, и доносить о сем земской полиции, для уведомления

Уездного Казначейства и Казенной Палаты;

- распоряжаться в чрезвычайных случаях, как например: при пожарах, наводнениях, повальных болезнях, падеже скота и других общественных бедствиях, и немедленно доносить полицейскому начальству о чрезвычайных происшествиях в волости;

- предупреждать и пресекать преступления и проступки, принимать полицейские меры для открытия и задержания виновных, и представлять их на дальнейшее распоряжение подлежащего начальства;

- наблюдать за исполнением приговоров мировых учреждений и волостного суда.

Волостное правление составлялось из старшины, всех сельских старост или помощников старшины, и из сборщиков податей, там, где есть особые сборщики.

Решению правления, единогласному или по большинству голосов наличных членов, подлежали только следующие дела:

- производство из волостных сумм денежных расходов, утвержденных уже волостным судом;

- продажа частного крестьянского имущества, по взысканиям казны, помещика или частного лица, кроме тех случаев, которые по закону возлагаются на общую полицию,

- определение и увольнение волостных должностных лиц, служащих по найму.

Старшина, по всем другим делам его ведомства, только советуется с правлением, но распоряжается по своему усмотрению, под личною свою ответственностью.

Для составления волостного суда избирается ежегодно волостным сходом (или сельским, если волость состоит из одного сельского общества) от четырех до двенадцати очередных суден. Определение числа сих выборных и установление между ними очереди предоставляется сходу, на следующих основаниях:

- присутствие суда должно было состоять не менее, как из трех судей;

- судьи могли быть избраны, или для бессменного в течение целого года, отправления своей должности, или для отправления оной по очереди, заранее определенной сходом;

- в последнем случае, из избранных в числе от 4-х до 12-ти судей, должны выбывать, в назначенные сроки (как например: через два, четыре или шесть месяцев), не более половины, и затем выбывшие замещаются другими избранными судьями, по очереди.

Волостной суд ведал, на основании следующих статей, как споры и тяжбы между крестьянами, так и дела по маловажным их проступкам.

Волостной суд решал окончательно: все споры и тяжбы собственно между крестьянами, ценою до ста рублей включительно, как о недвижимом и движимом имуществах в пределах крестьянского надела, так и по займам, покупкам, продажам и всякого рода сделкам и обязательствам, а равно и дела по вознаграждению за убытки и ущерб, причиненные крестьянскому имуществу.

Окончательному решению волостного суда подлежали все, без ограничения ценою иска, между крестьянами споры и тяжбы, которые тяжущиеся стороны предоставят решению волостного суда. Споры и тяжбы, в коих, кроме крестьян, участвовали посторонние лица, могли быть также, по желанию тяжущихся сторон, предоставляемы окончательному решению волостного суда.

Волостной суд разбирал и приговаривал к наказанию крестьян, принадлежащих к волости, за маловажные проступки, когда оные совершены в пределах самой волости против лиц, принадлежащих к тому же состоянию, и без участия лиц других состояний, а также, когда означенные проступки не находились в связи с уголовными преступлениями, кои подлежат рассмотрению общих судебных мест. Если в совершении проступка участвуют крестьяне, принадлежащие к другой волости, то виновных приговаривал к наказанию суд той волости, в пределах которой проступок был совершен.

Волостной суд был властен приговаривать виновных: к общественным работам - до шести дней, или к денежному взысканию - до трех рублей, или к аресту - до семи дней, или, наконец, лиц, от телесного наказания не изъятых, - к наказанию розгами до двадцати ударов. Назначение меры наказания за каждый проступок предоставлялось усмотрению самого суда. Приговоры волостного суда по проступкам, подлежащим его рассмотрению, считались окончательными. Они приводились в исполнение сельскими старостами, или когда волость состояла из одного сельского общества, помощником волостного старшины, под наблюдением старшины и за общею их ответственностью.

2.3. Положение о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их усадебной оседлости, и о содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность полевых угодий

Данное Положение также играло важную роль в законодательном обеспечении реформы. В нем излагались правила:

- о выкупе в собственность, вышедшими из крепостной зависимости, временно-обязанными крестьянами усадеб, отдельно от полевых угодий;

- о содействии государства к приобретению теми же крестьянами в собственность, вместе с усадьбами всего, или части полевого надела, предоставленного им от помещиков в постоянное пользование за определенные повинности.

Крестьянам, вышедшим из крепостной зависимости, предоставлялось право выкупать в собственность их усадебную оседлость.

Приобретение в собственность крестьянами полевых земель и угодий, отведенных им в постоянное пользование, допускалось не иначе, как с согласия помещика.

При приобретении крестьянами в собственность, вместе с усадебною оседлостью, полевого надела, оказывалось содействие от государства. Содействие заключалось в том, что Правительство ссужало, под приобретаемые на этом основании земли, определенную сумму, с рассрочкою крестьянам уплаты на продолжительный срок, и само взыскивало следующие с них платежи, как в счет процентов по выданной сумме, так и на постепенное погашение долга. Эта сумма выдавалась помещику процентными кредитными бумагами, по коим Правительство принимает на себя уплату процентов и капитала.

Определение размера выкупа за усадьбы, на основании соглашения, засвидетельствованного Мировым Посредником, в присутствии посторонних свидетелей, в числе от 3-х до 6-ти, зависит от договаривающихся сторон. От этого соглашения зависело также постановление всех условии, относительно порядка и рассрочки платежей. Если же добровольных соглашений не было, то выкуп производился на основании правил Положения.

Для определения этой доли усадьбы каждого селения причисляются одному из четырех разрядов, установленных в означенном Местном Положении. Из оброка, причитающегося за весь крестьянский надел в селении, относится собственно на усадебные земли: первого разряда - не более 1 р. 50 коп второго разряда - не более 2 р. 50 коп., третьего разряда - не более 3 р. 50 коп. на ревизскую душу. В четвертом разряде, к коему причисляются усадьбы в селениях, обложенных, на основании означенного Положения, за представленные крестьянам особые выгоды, возвышенным оброком, денежная повинность за усадьбы может быть определена порядком, указанным в том Положении, и свыше 3 р. 50 коп. на душу.

Для исчисления выкупной суммы за усадебную оседлость, причитающаяся с нее, по уставной грамоте часть оброка помножается на шестнадцать и две трети; таким образом за каждый рубль ежегодного оброка падающего на усадьбы, полагается выкупная

Copyright © 2018 WorldReferat.ru All rights reserved.