Российская политическая элита 2000-х гг. в восприятии средств массовой информации США (к проблеме влияния СМИ на общественное мнение)

Тип:
Добавлен:

Российская политическая элита 2000-х гг. в восприятии средств массовой информации США (к проблеме влияния СМИ на общественное мнение)

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы. Слово всегда обладало огромной силой воздействия. Обмен информацией является необходимым условием существования общества, отличительной особенностью человека, ключевым фактором социализации личности. В эпоху становления информационного общества роль коммуникативного взаимодействия становится как никогда мощной. Информационное пространство не только растет в геометрической прогрессии, но и быстро усложняется по формам и способам информационного обмена. Технологии формирования, передачи, преобразования, хранения информации оказывают самое прямое воздействие на развитие политических, экономических, социокультурных отношений, функционирование самых различных общественных институтов и практик. Информационно- коммуникативная компетентность превратилась в один из ключевых критериев качества образования, а отторжение от информационного поля стало одним из наиболее заметных рисков в жизни современного человека.

Средства массовой информации уже больше столетия выполняют роль универсального коммуникатора. Не случайно, что им отводится условная роль «четвертой власти», приписывается способность уникальным образом влиять на общественное сознание. «Средства массовой информации являются важнейшим фактором, влияющим на политику, так как они регулярно и оперативно представляют политически важную информацию широкой аудитории. Эта аудитория включает в себя политические элиты и людей, принимающих решения, так же, как и большое число обычных граждан, чья политическая активность, хоть и носящая спорадический характер, находится под воздействием информации, поступающей через средства массовой информации».

В современном обществе эти особенности СМИ приобретают особенно яркое воплощение. Информационные технологии XXI века позволили уйти от традиции «длинных полос» и перенести акцент на интерактивное воздействие на аудиторию. СМИ не просто знакомят с событиями, происходящими в окружающем мире, но и создают целостный образ этого мира. На первый взгляд, речь идет о массированном промывании мозгов. «Новостные СМИ и СМИ из индустрии развлечений представляют нашему вниманию не реальность, а отцензурированную, отшлифованную версию реальности... и это откровенно сфабрикованная реальность преподносится как более правдивая и стоящая доверия репрезентация реального». Однако воздействие СМИ на общественное сознание нельзя сводить к банальной пропаганде. Медийные технологии имеют свою собственную логику и десятилетиями отточенный арсенал методов психологического воздействия. Они не просто искажают реальность, а придают ей предельно узнаваемые черты, «втискивают» портреты, идентичности и судьбы совершенно разных людей в клише «главных героев», «все разнообразие переживаний из реальной жизни помещают в рамки типологии основных сюжетов», старательно показывая зрителю и читателю «самые важные», «самые драматичные», «самые достоверные» образы реальности.

Американские СМИ уже давно снискали репутацию настоящей «иконы» жанра. Мощная технологическая вооруженность сочетается в них с системным применением лингвистических, антропо-визуальных, архетипических методов воздействия. Подробные методики уже перестают восприниматься как «американские» - они превратились в универсальный язык СМИ. Как афористично заметил известный специалист в области истории СМИ Джереми Танстолл, «все медиа - американские». И уже не одно поколение американцев сформировало свою картину мира сквозь призму медийного контекста. Это во многом объясняет ту парадоксальную смесь безапелляционности, «угловатости», наивности, романтизма, цинизма, с которой «типичные» американцы воспринимают окружающий мир. В свою очередь, эта картина мира, построенная «по законам жанра» медийных СМИ, оказывает большое влияние на политические предпочтения американского общества, заставляет политический истеблишмент США играть по правилам «медийного спектакля», точно так же, как и использовать эти правила для продвижения своих программ и решения текущих задач. В полной мере эта взаимосвязь «медийной реальности» и политического процесса проявляется и в сфере внешней политики США - нередко именно здесь «wag the dog».

Очевидно, что в свете событий последних лет особый интерес представляет проблема построения образа России и ее политических лидеров в американской медийной картине мира. Впрочем, эта тема имеет и немалую предысторию. Союзник во Второй мировой войне и противник в период

«холодной войны» вызывал неизменный интерес у американской общественности, интригуя своей политической закрытостью, брутальной мощью и культурной уникальностью. В 1980-х гг. тема «перестройки» буквально взорвала медийный рынок США, а в политические перипетии 1990-х - 2000-х гг. привнесли в восприятие России еще большую палитру чувств, опасений, надеж и разочарований. Если начало «перестройки» и последовавший затем распад советского государства способствовали созданию на страницах американских СМИ образа «новой», демократической России, то впоследствии американские СМИ стали все чаще говорить об «откате» России к «советским» временам. Особо заметными эти тенденции стали в период президентства В.В. Путина, с правлением которого связан процесс укрепления вертикали власти и активизации российской внешней политики как на постсоветском пространстве, так и в отношении стран «дальнего» зарубежья. Вместе с тем, именно фигура Путина резко оживила интерес американцев к России - здесь сказывается присущая этому обществу традиция персонификации политического процесса. Анализ элитарной прессы США также свидетельствует о том, что к числу наиболее часто упоминаемых тем, связанных с развитием России в последние годы относится проблема

формирования и эволюции российской элиты, ее взаимоотношений с властью и ее влияния на процесс принятия внешнеполитических решений Россией, в особенности, в отношении США и стран, входивших некогда в сферу влияния СССР или являвшихся его частью.

Цель исследования - выявить особенности образа российской политической элиты, сформировавшегося в американском общественном мнении под воздействием СМИ в 2000-х гг.

Для поставленной исследовательской цели необходимо решить следующие задачи: политический элита коммуникативный информация

Определить роль СМИ в процессе формирования общественного мнения в США.

Проанализировать специфику коммуникативных технологий, применяемых в деятельности американских СМИ.

Показать роль имиджевых характеристик политиков в «конструировании» образа политической реальности американскими СМИ.

Проанализировать реконструкцию политической риторики российских лидеров как часть построения их медийных образов в американских СМИ.

Показать роль визуальных образов российских лидеров в американских СМИ.

Объектом настоящего исследования является влияние современной медийной культуры на формирование и развитие общественного мнения в США, роль официальных средств массовой информации в этом процессе.

Предметом исследования выступает образ российской политической элиты, сформировавшийся в американском общественном сознании под воздействием СМИ в 2000-х гг.

Хронологические рамки исследования охватывают период с 2000 г. по 2012 г., что обусловлено с одной стороны, динамикой политического процесса в Российской Федерации (именно в период между президентскими выборами 2000 и 2012 гг. в России сложился современный политический режим, устойчивый и преемственный с точки зрения проведения внутренней и внешней политики), а с другой, соответствующими изменения в российско- американских отношениях, которые воспринимаются в США в тесной связи с личной ролью ведущих российских политиков и их окружения.

Источниковая база исследования. В соответствии со спецификой проблемного поля исследования основу источниковой базы составляют материалы периодики, представленные в формате как письменных, так и аудиовизуальных источников. В работе анализируется содержание наиболее авторитетных периодических изданий Соединенных Штатов Америки, уделяющих значительное внимание освещению проблем внешней политики и оказывающих мощное воздействием на общественное мнение. К их числу относятся «Нью-Йорк Таймз» («The New York Times»), «Вашингтон Пост» («The Washington Post»), «Уолл-стрит джорнэл» («The Wall Street Journal») и

«Лос-Анджелес Таймз» («Los Angeles Times»).

The New York Times - «признанный лидер мировой прессы»1, американская ежедневная национальная газета, основанная в 1851 году и издающаяся в Нью-Йорке. Она имеет относительно либеральную направленность и занимает третью строчку в рейтинге Топ-25 Ежедневных газет США. The New York Times принадлежит медиахолдингу Руперта Мердока «News Corp» и является самой большой газетой в Соединенных Штатах Америки. Политика газеты, по словам главного редактора, направлена на освещение важнейших тенденций развития американского общества, нежели на сенсации и текущую конъюнктуру. New York Times является самой престижной американской газетой. Благодаря многочисленному штату репортеров и обозревателей, газета не использует материалы информационных агентств. Зарубежные корреспонденты предоставляют газете эксклюзивную информацию по международной тематике. Качество информации в газете подтверждает то факт, что на The New York Times ссылаются, как на достоверный источник. The New York Times относится к ряду периодических изданий, отличающихся наибольшей политической независимостью. Традиция политического журналистского расследования в истории американской прессы была заложена в серии сенсационных разоблачений, опубликованных в The New York Times.

Газета The Washington Post также представляет интересы либеральной части населения США. Большая часть тиража Washington Post распространяется в американской столице. Концепция газеты концентрируется на потребностях деловой аудитории. В вопросе освещения российской темы, Washington Post является одним из основных источников. Именно на страницах Washington Post появляются наиболее оперативные и аналитически емкие обзоры внешнеполитических событий и процессов. При этом позиция Washington Post является в наибольшей степени ориентированной на мнение государственного истеблишмента США. Профессор Дипломатической академии К.А. Хачатуров даже называет Washington Post «застрельщиком информационной войны против России». Подобные оценки можно считать слишком радикальными, но не подлежит сомнению тот факт, что «и в Washington Post, и в New York Times принципы освещения российской темы соответствуют основным государственным интересам Соединенных Штатов».

Традиционно консервативной направленностью отличается The Wall Street Journal. Газета издается в Нью-Йорке с 1889 года. Название газеты характеризует и основной вектор редакционной политики - издание посвящено в первую очередь американским и международным деловым и финансовым новостям. Историческая позиция разъясняет консервативность редакционной полосы газеты: «На редакционной полосе мы не делаем вид, что идем посередине дороги. Наши комментарии и интерпретации сделаны с определенной точки зрения. Мы верим в человека, его мудрость и его благопристойность. Мы выступаем против всех нарушений индивидуальных

прав, происходят ли они от попыток частной монополии, монополии профсоюза или от растущего правительства. Люди скажут, что мы являемся консервативными или даже реакционными. Мы не очень интересуемся навешиванием ярлыков, но, если бы мы должны были выбрать один, мы сказали бы, что являемся радикальными».

Конечно, среди влиятельных газет нельзя не отметить и «Лос-Анджелес таймс», обслуживающую второй по величине регион США. Этой газете так и не удалось стать общенациональной, к чему она стремилась. Герберт Терри относит эту неудачу к недостаточному профессионализму журналистов. 400- страничный воскресный выпуск газеты весом 2,5 кг позволил «Лос-Анджелес таймс» завоевать репутацию самой большой газеты в США.

Все указанные печатные издания в той или иной мере освещают политическую проблематику. Что касается целевой аудитории, которую составляет не средний американец, а читатели с высшим образованием и доходом выше среднего, которые наиболее заинтересованы в информации о ситуации в мире, в т.ч. представители американской политической и деловой элиты США, оказывающие реальное воздействие на формирование политики своей страны в отношении России. Вместе с тем, информируя своих читателей о событиях у нас в стране, эти издания принимают участие в формировании общественного мнения американцев.

Помимо анализа печатных СМИ в исследовании проведен анализ стенограмм телевизионных новостных программ наиболее популярных электронных средств массовой информации США.

Вспомогательную роль в составе источниковой базы исследования играет мемуарная литература. Так, в воспоминаниях З. Бжезинского, Дж. Буша, А. Гора, Г. Киссинджера, Б. Клинтона, Х. С. Клинтон, Р. Никсона, Б. Обамы, Р. Рейгана, С. Тэлботта можно почерпнуть большое количество примеров, иллюстрирующих работу американских СММИ и показательные оценки их роли в формировании общественного мнения по политическим вопросам.

Степень изученности проблемы. Проблемное поле данного исследования связано с широким кругом вопросов, вызывающих большой интерес российских и зарубежных исследователей. В первую очередь, это относится к изучению самого процесса становления и развития американской журналистики как публичного института, тесно связанного с политическим процессом в США. Среди работ такого рода следует отметить исследования Е.Ч. Андрунас, Г.Н. Вачнадзе, Ю.М. Власова, Н.И. Живейнова, Я.Н. Засурского, Н.П. Попова, С.А. Михайлова. Но немалая часть из них не лишена пропагандистской риторики, на фоне чего особую роль приобретает монография С.А. Михайлова Журналистика Соединенных Штатов Америки, представляющая собой наиболее полный обзор истории американских СМИ, выполненный в современном исследовательском ключе. Монография основана на многочисленных оригинальных источниках освещает американский журналистский процесс с точки зрения характеристики его «внутренних», типологических и иных профессионально-журналистских особенностей, выявляет место и роль журналистики в социально-политической жизни США, историю, современное состояние и перспективы развития СМИ. Характерно, что большое внимание в работе уделено развитию американской журналистики после второй мировой войны, включая систему электронных средств массовой

коммуникации и информации.

Проблема взаимодействия американских СМИ и государственно- политических институтов США становилась основой и специализированных исследований. Так, в работах Дж. Фута и М. Алексеева анализируются основные факторы, обусловившие тесную взаимосвязь между СМИ и истеблишментом, рассматриваются формы и примеры их взаимодействия1. В работах Ф. Эммерта и М. Макфола важное место уделяется вопросу взаимодействия СМИ с бизнес-структурами Америки и делаются попытки осветить проблему независимости американских СМИ от коммерческих предприятий.

Отдельная группа исследований, использованная при подготовке данной работы, посвящена современным коммуникативным технологиям, направленных на формирование политического имиджа и использование его в качестве электорального ресурса. Анализу избирательных технологий, средств политической рекламы, психологических особенностей воздействия политической пропаганды на общественное мнение, технологий продвижения политического имиджа посвящены работы Е. Егоровой-Гантман, О. Березкиной, Е. Шестопал, С. Кара-Мурзы и др.3 Политолог Е.Б. Шестопал, размышляя о разделении понятий «имидж», «образ» и «бренд», пишет:

«Понятие «образ» не тождественно понятию «имидж». Как известно, слово «имидж» является английским эквивалентом русского слова «образ». Имиджем я называю впечатление, которое конструируется целенаправленно и сознательно, а образом - то, которое формируется спонтанно». В трудах О. Валуйской, А. Гаврилова, А. Казакова изучаются лингвистические средства формирования политического имиджа, а работа американского исследователя Э. Хермана, анализирует приемы, основанные на целенаправленном подборе лексики в средствах массовой информации.

Общие вопросы влияния печатных и электронных средств массовой информации на процесс формирования общественного мнения рассматриваются в трудах А.Г. Антипьева, Дж. Брайанта, А.С. Вакуленко, М.Н. Грачева и др. Их общую смысловую направленность емко сформулировал известный политолог М.Н. Грачев: «Средства массовой информации в действительности выступают в качестве одного из инструментов управления обществом в интересах наиболее могущественных в экономическом и в политическом отношении социальных слоев и групп. В основе идеальной модели политической коммуникации лежит диалог между «управляющими» и «управляемыми», предполагающий равноправный обмен точными, полными, завершенными и проверяемыми сведениями о политических явлениях и процессах, сопрягаемыми с основными цивилизационно-культурными ценностями данного общества, фундаментальными правами и свободами личности».

Для решения поставленных в данной работе исследовательских задач были использованы и работы, посвященные общим проблемам истории

американского общества. К их числу относятся труды Р. Римини, Э.А. Иваняна, Л.М. Струковой, Н.В. Загладина, В.В. Согрина.

Научная значимость исследования определяется его междисциплинарным характером и направленностью на раскрытие комплекса вопросов, связанных с современной историей тех институтов, которые оказывают активное воздействие на массовое сознание и формирование самой картины мира человека информационного общества. Средства массовой информации занимают едва ли не ключевую позицию в ряду таких институтов, а опыт влияния американских СМИ на общественное мнение можно считать поистине уникальным с точки зрения масштаба и эффективности. Очень перспективным представляется и предмет данного исследования - построение образа российской политической элиты в официальных СМИ США в 2000-е гг. стало ярким примером не только действенного пропагандистского воздействия, но и политической рефлексии, дискурсивного осмысления проблем развития мирового сообщества и его ведущих «игроков».

В связи с этим методологической основой данного исследования стали принципы имагологического анализа, а также концептуальные подходы, характерные для политической имиджелогии. Имагология - научная дисциплина, имеющая предметом изучения образы «других», «чужих» наций, стран, культур, инородных для воспринимающего субъекта. Как подчеркивает российский исследователь Е.В. Папилова, «образ «чужого» изучается как стереотип национального сознания, т.е. как устойчивое, эмоционально насыщенное, обобщенно-образное представление о «чужом», сформировавшееся в конкретной социально-исторической среде. Из этого следует, что имагология не только раскрывает образ «чужого», но также, в связи с процессами рецепции и оценки, характеризует и сам воспринимающий субъект, т.е. отражает национальное самосознание и собственную систему ценностей». В современном мире, в условиях нарастающих рисков и вызовов глобализации конструирование образа «чужого» является одной из наиболее важных функций общественного сознания, и роль СМИ в этом процессе трудно переоценить. Но, с другой стороны, следует отметить и возрастающую роль еще одной тенденции - устойчивой персонификации политического процесса, наблюдаемой на протяжении уже нескольких десятилетий. Причем, речь идет не столько о хрестоматийной «роли личности», сколько о сосредоточении электоральных технологий на имиджевых характеристиках политиков. Современная имиджелогия принципиально отличает «имидж» от таких характеристик как «репутация» или «политический портрет». Имидж представляет собой конструкт, созданный для целенаправленного коммуникативного воздействия на аудиторию. Воздействие имиджа строится на особом способе восприятия человеком сложных и быстропротекающих процессов современной действительности - наше сознание защищается от информационной перегрузки с помощью такого фильтра стереотипного восприятия». Таким образом, сочетание принципов имагологии и имиджелогии позволяет раскрыть важнейшие особенности процесса формирования политических образов в современном общественном сознании и показать влияние этого фактора на ход международных отношений.

Практическая значимость исследования. Материалы данной работы могут быть использованы в практике преподавания новейшей и современной истории зарубежных стран, а также специализированных учебных курсов в рамках образовательных программ бакалавриата и магистратуры. Проблемное поле работы позволяет в перспективе предпринять более широкое исследование, посвященное интеграции системы масс-медиа с политическими институтами и важнейшими социальными практиками современного общества.

Глава I. ФОРМЫ И СПОСОБЫ «КОНСТРУИРОВАНИЯ» ОБЩЕСТВЕННОГО МНЕНИЯ АМЕРИКАНСКИМИ СРЕДСТВАМИ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ

1.1 Роль СМИ в формировании общественного мнения в США

Изучение вопроса о специфике влияния средств массовой информации на общественное мнение предполагает характеристику политики государства в отношении СМИ, а также выявление механизмов, воздействующих на общественное сознание американцев.

Процесс становления и развития средств массовой информации Соединенных Штатов происходил поэтапно, на протяжении нескольких столетий. Первые варианты печатных СМИ появились на территории Штатов в колониальный период. По сведениям российского исследователя зарубежных СМИ С.А. Михайлова, впервые газетная публикация вышла в 1689 г. в английских колониях Северной Америки и принадлежала Самюэлю Грину, выпустившему издание под названием «Present State of The New English Affairs» («Предоставление государственных дел Новой Англии»). В связи со смертью издателя начатое не было доведено до конца. Публикацию С. Грина нельзя считать газетой, поскольку текст занимал лишь одну сторону листа. Следовательно, данное издание можно отнести скорее к листовкам или объявлениям1.

В 1690 г. в Бостоне Бенджамин Харрис выпустил на печатном станке номер газеты «Public Occurrence» («Общественные события»). Именно эту публикацию принято считать первой американской газетой, так как многие атрибуты были характерны для изданий такого типа, а именно публикация на нескольких страницах, указывающая на стремление выпустить газету, а не обычное объявление. Выпуск в таком формате предполагал обязательное продолжение. Номер газеты был посвящен «местным и зарубежным» событиям, содержал сведения по недопустимой теме - положение индейцев и

плохое обращение французских колонистов с ними. Присутствие в номере таких «оппозиционных» положений побудило власти закрыть газету. Очевидно первое печатное издание Северной Америки сыграло противодействующую для властей роль, сдерживающую их.

Современные газеты и журналы США имеют важное значение как участники медиа-рынка страны. В начале 2000-х гг. в США ежедневно выходило более 1500 газет. Их общий тираж насчитывал около 114 млн. экземпляров. Всеобщая доступность для населения без ориентации на технические средства и навыки, дешевизна публикаций стало важным показателем конкурентной способности печатной прессы. Важное значение этой способности к конкуренции отметил известный российский журналист Дмитрий Травин, акцентируя внимание на том, что «подписчиком прессы является каждый взрослый житель Америки». По сути, чтение периодической печати в США - это своего рода ритуал, важный элемент престижного образа жизни каждого американца, который считает себя уважаемым гражданином своей страны.

Российский специалист в области зарубежной журналистики А.Ю. Быков в составе американских печатных изданий отмечает группу влиятельной «политической прессы . Он выделяет следующие черты такого вида печатных изданий: «влиятельные» СМИ рассчитаны на особую аудиторию - лиц, обладающих властью в политике и экономике; эти СМИ действуют при непосредственном участии влиятельных политических лиц, социальных институтов и государства; «влиятельные» издания имеют общенациональный масштаб распространения. По утверждению А.Ю. Быкова, те печатные издания, которые отвечают данным характеристикам, обладают огромным воздействием на развитие социальных и политических процессов в американском обществе. Поэтому наряду с понятиями «влиятельные» и «элитарные» относительно этих СМИ используется и понятие «политические», подразумевает связь данной группы печатных изданий с институтами политики и сопричастностью к политическим процессам.

Радиовещание, как второй тип средств массовой информации, появилось в США перед Первой мировой войной: регулярные трансляции радиопередач шли с нескольких станций, принадлежавших ведущими производителям электротехники: General Electric, Westinghouse and Radio Corporation of America. По наблюдениям С.А. Михайлова «численность радиостанций в Америке возросла с 30 в январе 1922 года (с момента основания RCA) до 556 в марте 1923 года, одновременно число радиоприемников у американцев поднялось с 50 тысяч в 1921 году до 600 тысяч в 1922 году».

Третий этап развития американских СМИ связан с массовым распространением телевещания. Первая телевизионная передача в Соединенных Штатах датируется еще 1921 годом, а в 1930 г. появился первый домашний телевизионный приемник2. Но в полной мере потенциал телевещания был реализован только в 1950-х - 1960-х гг. Широкому распространению телевидения тогда способствовало снижение стоимости телевизоров, что обеспечивало их доступность, а также развертывание технологической инфраструктуры. Телевидение не без основания считается одним из самых сложных и затратных средств массовой коммуникации, но его преимущества стали очевидными очень быстро. Телевещание позволяло

«включить в информационное сообщение визуальную составляющую, показать процесс в действии и в продолженном времени, а благодаря возросшей специализации телеканалов обеспечить доступ к специализированной части телеаудитории, наиболее близкой к целевой аудитории реализации конкретного коммуникационного проекта». Изображение на экране транслируется параллельно (или почти параллельно) с живой жизнью и воспринимается нами как часть этой жизни, что, с одной стороны, обеспечивает замечательную достоверность телеинформации, а с другой - создает реальные условия для манипуляции зрительским восприятием.

Современный этап в развитии СМИ начался с приходом «информационной эры», то есть массовым распространением компьютерных технологий и формированием глобального сетевого пространства Интернета. США стали настоящей колыбелью «информационной революции» - изобретения Р. Нойса, С. Джобса, С. Возняка, Б. Гейтса, П. Аллена сформировали технологический базис и социокультурную модель современной информационной реальности. Американские корпорации IBM, Intel, Microsoft, Apple создали межотраслевое рынок IT-технологий, а американское государство еще с 1980-х гг. реализовывало беспрецедентные по масштабам инвестиционные и налоговые программы, призванные обеспечить «всеобщую компьютеризацию страны». Расходы на информационные технологии возрастали в США в 1970-е - 1980-е гг. в среднем ежегодно на 20-25%, а в 1990-е гг. примерно на 30-35%. В результате доля соответствующих капиталовложений в рамках ВВП достигла 4.5% в 1999 г., тогда как в странах ЕС и Японии она не превысила 3%. В начале 2000-х гг. на США приходилось уже свыше 2/5 мировых капиталовложений в сферу информационных технологий.

Использование IT-технологий в средствах массовой информации радикально изменило характер их функционирования. Компьютер и сеть позволили объединить формат печатных СМИ, радио и телевещания, добавив к ним совершенно новые формы работы с информацией и возможности интерактивного взаимодействия с пользователями. «Автоматизация обработки информации и данных привела к сокращению затрат труда, времени, денег и ошибок». Интернет обеспечил уникальные возможности по поиску информации. Что еще более важно сетевое пространство обеспечило открытый доступ к ценным человеческим ресурсам (независимо от того, где живут эти люди) и производительное включение огромного круга людей в коммуникативные процессы. Аудитория СМИ впервые в истории прилучила возможность активно влиять на формирование информационного поля.

На первый взгляд, роль печатных СМИ существенно уменьшалась с каждым этапом развития медийной сферы и приобрела совершенно архаичный характер в «сетевом обществе». Вплоть до 1980-х гг. газета, как основной формат печатных СМИ, сохраняло свое основное преимущество - доступность, что было обусловлено относительной дешевизной, отсутствием необходимости особых (и дорогостоящих) технических средств восприятия, возможностью многократного возвращения к материалу, обращения к нему в наиболее комфортном режиме (когда удобно, где удобно и как удобно читателю). Но уже во второй половине 1990-х гг. в США (а в 2000-х гг. и во всем мире) практически все эти преимущества оказались на стороне электронных СМИ. Тем не менее, прогнозы скорой гибели «печатного слова» оказались преждевременными. Газеты не исчезли, хотя все в большей степени начали распространяться в удобном и дешевом формате электронных носителей. Оказалось, что несмотря на телевизионных и сетевых медийных ресурсов именно газета сохраняет в глазах аудитории статус «официального» или «авторитетного» источника информации. По сути, речь идет о превращении медиа-бренда издания в ключевой ресурс его продвижения, более значимый чем себестоимость или тираж. Как справедливо указывает В.Б. Вайсман, «медиа-бренды, бренды средств массовой коммуникации - не то же самое, что товарные бренды. Ключевое отличие состоит в том, что медиа-бренд функционирует постоянно. В каждый конкретный момент времени медиа-бренд обладает определенным имиджем - уникальным набором ассоциаций, которые выражают то, что означает этот бренд для потребителя именно сейчас, и является сиюминутным обещанием потребителю (читателю, слушателю,

телезрителю)». Таким образом, медиа-бренд - это не только зеркало целевой аудитории издания, и своеобразный инструмент самоидентификации этой аудитории. Мощный медиа-бренд позволяет газете не только выжить на рынке современных информационных услуг, но и претендовать на роль «мозгового треста», экспертно-аналитического института. И в особой степени это характерно для «элитарных» («политических») СМИ в США.

Косвенным свидетельством сохранении важной роли печатных СМИ в США является преимущественная направленность на регулирование именно их деятельности соответствующей правовой базы американского государства. В США традиционное большое внимание уделяется регулированию доступа к источникам информации, упорядочению информационных потоков с точки зрения обеспечения свободного доступа к информации в сочетании с защитой права граждан на неприкосновенность частной жизни, а также обеспечением национальной безопасности. Фундаментальный принцип функционирования прессы был сформулирован еще в «Билле о правах» - первых 10 поправках к Конституции США, ратифицированных в 1791 г. Первая конституционная поправка гласит: «Конгресс не должен издавать никакого закона относительно установления какой-либо религии, или воспрещающего свободное исповедание всякой религии, или ограничивающего свободу слова и прессы, или право народа - мирно собираться, а также просить правительство о прекращении злоупотреблений».

В федеральных законах США достаточно мало актов посвящено прессе, т.к. в поправке говорилось о запрете контроля или ограничения со стороны властей средств массовой информации. Поэтому у американских журналистов много способов защиты и широкий объем полномочий. Например, в федеральном законе «О свободе информации» 1966 г. отмечено право на информацию, касающуюся национальной обороны, правоохранительных органов, финансовых и личных документов, общественности и СМИ. Гораздо более важное значение для создания правового режима функционирования СМИ имеют решения Верховного суда США. Так, например, в вердикте по делу «Нью-Йорк Таймс против Соединенных Штатов» (1971 г.) было зафиксировано: «Пресса должна служить не правителям, а управляемым. Право правительства осуществлять цензорский надзор уничтожено, чтобы пресса могла всегда контролировать правительство. Пресса защищена, чтобы она могла раскрывать секреты правительства и информировать о них народ. Только свободная и неконтролируемая пресса может эффективно разоблачать ложь правительства». Та же установка была закреплена и в решении по делу

«Небраска Пресс Ассосиейшн против Стюарта» (1976 г.): «Предварительный контроль и ограничения свободы слова и публикаций являются наиболее серьезными и наименее терпимыми нарушениями прав, закрепленных первой поправкой». Кроме того, Верховный Суд определяет возможность толковать Первую поправку, обеспечивающую неограниченную свободу СМИ, на основе казуистического принципа, характерного для английского общего права, то есть в связи с каждым конкретным судебным случаем.

Выполняя роль одного из наиболее авторитетных, влиятельных и защищенных институтов американские СМИ обладают огромными возможностями по формированию информационно-медийного фона в обществе. У них есть возможность манипулировать информационными потоками и привлекать внимание к определенными событиям или акторам.

«Целью воздействия медиа является именно массовое сознание как сознательно формируемое через информационную политику, с одной стороны, а с другой - уже обладающее набором некоторых качеств». В настоящее время картина мира, создаваемая СМИ, становится виртуальным аналогом реальной действительности и в значительной мере определяет мнение общества, моделирует поведение индивидов.

Что следует понимать под «общественным мнением»? Известный российский политолог А.Г. Антипьев предлагает следующее определение данному понятию: «Общественное мнение представляет собой оценочное суждение людей по вопросам, затрагивающим их наиболее значительные интересы». По мнению А.Г. Антипьева, общественное мнение проявляется не только через оценочные суждения, но и через практические действия индивидов, социальных групп, политических партий и общества в целом. В обществе с развитой политической жизнью привычными каналами выражения общественного мнения являются выборы органов власти, пресса и иные средства массовой информации, собрания и пр.

Силу общественного мнения, фокусируемого в СМИ, трудно переоценить. В свое время Наполеон, оценивая его значение в политической жизни общества, говорил, что «четыре газеты могут сделать больше, чем стотысячная армия». Современные средства массовой информации способны активно влиять на общественное мнение и поведение населения. Что определяет саму направленность такого информационного воздействия? Во многих исследованиях преобладает точка зрения, согласно которой СМИ являются средствами продвижения интересов для бизнес-элит и крупных компаний. Масс-медиа - это коммерческий ресурс, зависимый в первую очередь от рекламы, как источника дохода, а не от мнения властей. Альберт Гор в своей книге «Атака на разум» повторяет слова популярного телеведущего Дэна Рэзера о том ,что СМИ стали «глупыми и жестокими», подчеркивая:

«Цель их сегодня состоит прежде всего в том, чтобы приклеить глаза зрителей к экрану и таким образом повысить рейтинг и заработать на рекламе». Но парадоксальным образом, именно коммерсализации оказывается фактором, защищающим СМИ от деградации - в условиях перенасыщенного медийного рынка приходится очень ценить общественное мнение. Это служит причиной того, что СМИ стараются сохранить объективность и политкорректность, соблюдать журналистскую этику.

Востребованность СМИ зависят не только от профессионализма, но и социокультурной аутентичности - с аудиторией необходимо говорить на ее языке. С этой точки зрения показателен тот факт, что американские СМИ не тяготеют к ярко выраженной аналитике. Более того, их язык очень зависим от стереотипов, характерным для американского общества. Даже само понятие «социальный стереотип» впервые ввел американский журналист - Уолтер Липпман. Он определил стереотипы как «упорядоченные, схематичные, детерминированные культурой картинки мира в голове человека, которые экономят его усилия при восприятии сложных социальных объектов и защищают его ценности, позиции и права». По мнению У. Липпмана стереотипы появляются спонтанно из-за необходимости экономить внимание и усилия по восприятию новой информации - «они как крепость, стоящая на страже наших собственных традиций, и под ее прикрытием мы можем чувствовать себя безопасно в том положении, которое мы занимаем». При этом в стереотипе присутствует всегда оценочный элемент, который представлен в виде установки экспрессивного общения.

У. Липпман подчеркивал, что стереотипы связаны не только с консервативностью человеческого мышления. Их важнейшая роль - защита существующих групповых ценностей. «Системы стереотипов могут быть ядром личных традиций, защитой положения в обществе… Модель стереотипов не нейтральна. Это не просто схематизация, это и то и другое и еще кое-что. Это гарантия нашего самоуважения, наших собственных ценностей, нашей собственной позиции и наших собственных прав. Поэтому стереотипы в высшей степени заряжены теми чувствами, с которыми они связаны…неудивительно тогда, что любое посягательство на стереотип представляется посягательством на основы мироздания».

Стереотипы вырабатываются жизненным опытом, религией, семьей, менталитетом. Они тесно связаны с национальной культурой, системой миропонимания, характерной для той или иной нации. Для американского мировосприятия основной чертой в понимании самых различных проблем является уверенность в превосходстве американского образа жизни. Именно на этой безапелляционной установке базируется патриотизм, который в равной степени свойственен богатым и бедным американцам, уроженцам страны и вчерашним переселенцам. При этом, как отмечает, Генри Киссинджер, в политическом плане «народ Америки испытывает к американскому превосходству глубокое безразличие - поэтому благоразумные политики предпочитают избегать внешнеполитических дискуссий и показывают мировое лидерство скорее фактором мироощущения, нежели стоящей перед США проблемой». Другое дело, что жители Америки действительно искренне считают, что их страна лучшая в мире. Эту установка очень легко преображается в идею «свободы Америки» на уровне внешнеполитической ситуации, подразумевающей не только то, что Штаты - свободная страна, но и то, что Америка имеет право свободно и распространять свое влияние в мире. Соответственно, характерной чертой американского патриотизма становится убежденность в том, что Соединенные Штаты обязаны выполнить мировую миссию «помочь миру прийти к «правильному» пониманию» о добре и зле, причем, эта убежденность типична для каждого американца, временами слепая и пугающая, поскольку отражает превосходство американского образа жизни перед другими нациями.

Стереотип исключительной значимости американского образа жизни тесно связан с идеей общечеловеческих ценностей - безусловного права каждого человека на защищенность личного пространства, свободу совести,

справедливость правосудия, возможность отстаивать собственные интересы, не ущемляя свободу и достоинство других людей. «Эти принципы образуют яркое созвездие, которое освещало наш путь и направляло нас в эпоху революции и преобразований, - утверждал Томас Джефферсон. - Они должны служить символом нашей политической веры, содержанием общественного наказа». Такая убежденность в непреходящей ценности американского образа жизни граничит с мессианством. «Историческое предназначение» США - нести «свет демократии» всему миру, что означает признание глобальной зоны ответственности Америки. Как справедливо отмечает А.Д. Богатуров, «в таком отношении американца к демократизации много от религиозности. Пиетет к ней связан с высоким моральным авторитетом, которым в глазах американца обладает проповедь вообще. Демократизация мира приобретает черты сакральности в глазах американца, потому что по функции она родственна привычным формам «богоугодного» религиозного обращения» .

Американоцентризм стал характерной чертой интеллектуальной жизни США еще в эпоху «отцов-основателей». Но в полной мере он раскрылся как особая система миропонимания и мировосприятия уже после Второй мировой войны. В эту эпоху СМИ сыграли огромную роль в формировании картины мира, основанной на противостоянии «света» и «тьмы», демократии и диктатуры, Запада и Востока. Несмотря на существенные геополитические изменения на рубеже XX-XXI вв. подобные стереотипы американского общественного мнения практические не претерпели изменений. В полной мере они касаются и восприятия различных вопросов, связанных с внешнеполитической стратегией США в отношении Российской Федерации.

.2 Современные коммуникативные технологии в деятельности американских СМИ

«повестки дня», «актуальных рисков», «вызовов», «обеспокоенности общества» и т.п. Известная теория «установления повестки дня» разрабатывалась в США еще с 1960-х гг. и получила теоретическое обобщение в работах М. МакКомбса и Д. Шоу. Речь идет о составлении в СМИ перечня значимых для общества тем, определяющих степень важности политических событий. Исходя из такой

«повестки дня» население получает информацию о происходящих событиях в мире политики через призму СМИ, само определяя важность происходящего с учетом уделенного со стороны внимания к конкретным событиям.

Естественно, что в такой ситуации позиция СМИ оказывается зачастую далека от подлинной объективности. Но это вполне допускается в качестве

«правил игры», нарушением которых является лишь нарочитая дезинформация или подтасовка фактов1. «Свободная» же интерпретация, что зачастую означает и намеренное упрощение смысла описываемого, и замалчивание некоторых подробностей, и «вольная» расстановка акцентов, вполне позволительна и, более того, считается признаком «авторского подхода». В целом, такая технология ориентирована на создание максимально понятной, «рельефной» «картинки» событий. Не случайно, она называется фрэймингом (от англ. frame

рамка; формулировать). Применение фрэйминга призвано воздействовать на аудиторию в нужном направлении для автора сообщения, не увеличивая частоту упоминания вопроса или «темы», а по-особенному преподнося сведения терминологически и семантически. Эта особенность отличает фрэйминг от установления «повестки дня», делая особенно важным сочетание текстовой и визуальной информации. Например, политический рекламный ролик под названием «3 часа ночи» номинантки на президентский пост 2008 г. Хилари Клинтон. Данный ролик оставляет в сознании зрителей только один ответ на вопрос, кто должен стать президентом США, - Хилари Клинтон.

Широко применяются в американских СМИ и более простые способы коммуникативного воздействия, в том числе создание массированного информационного контента. Суть этого подхода заключается в том, что мнение общественности о той или иной стране зависит от количества и направленности публикаций (репортажей) о ней в средствах массовой информации. Соответствующее исследование было проведено в 1998 г. Гайем Голаном и Уэйном Уантом. Оно заключалось в контент-анализе четырех телевизионных каналов ABC, CBS, CNN, NBC. Результаты данного исследования подтверждают тезис, что количество материалов в СМИ может прямо повлиять на то, как американская общественность воспринимает другое государство. С другой стороны, они также указывают на другую зависимость: важность и громкость инфоповодов в определенный момент, если в другое время было меньшее количество материалов, может превалировать при формировании интереса аудитории к теме положения в другой стране. Так, например, небольшое количество новостей о Кувейте не повлияло на повышенный интерес американской общественности к теме, что связано с заинтересованностью правительства и общества США к войне с Ираком, в которую был вовлечен Кувейт. Другое исследование также подтверждает этот вывод: «X. Семетко, Дж. Брзински, Д. Уивер и Л. Уилнат в своем исследовании привели доказательства того, что пристальное внимание прессы к определенным странам является еще большей гарантией позитивного восприятия этих стран со стороны американцев, чем просто упоминание этих стран на страницах газет».

Ориентация медийных технологий на формирование дискурсивного пространства сочетается с установкой на достаточно упрощенный и прагматичный язык общения с аудиторией. Упрощение отнюдь не означает примитивизацию информации - оно позволяет «высказывать главную мысль в «краткой, энергичной и впечатляющей форме» - в форме утверждения». События излагаются краткими простыми предложениями, редуцирующими смысл высказывания и примитивизирующими его, для этого существует

«целый ряд клише, лозунгов, эпитетов, кратких, но расплывчатых фраз, при помощи которых можно описать любую международную новость». Характерен с этой точки зрения и метод фрагментации. Он проявляется в разделении потока информации на изолированные, не сопряженные друг с

другом фрагменты, в результате чего аудитория получает возможность в рамках каждого отдельного информационного кейса получать «достоверную», «полную», «соответствующую действительности» картину событий. Еще один специфический прием упрощения - это антитеза, которая может воплощаться не только в рамках высказывания, но также и на уровне всего текста целиком, играя роль композиционного приема его построения. В качестве примера антитезы можно взять «особое использование политических терминов, основанное на идеологическом противопоставлении «мы - они», когда понятие «мы» освещается исключительно в положительном аспекте, а «они» - только в негативном».

Прагматичное упрощение «языка общения» с аудиторией предполагает очень точное и емкое использование любой терминологии и формирование предельно эффективного лексического пространства. Не случайно, что использование терминологической лексики в периодической печати многие исследователи рассматривают как особую коммуникативную технологию. В наиболее упрощенном варианте речь идет о том, что в тексте информационного сообщения используются термины, которые повышают авторитетность сообщения, позволяют передать коннотативное значение. Такое употребление терминов способно вызвать позитивную или негативную реакцию читателя, слушателя, к описываемому событию. Более сложный вариант такой технологии связан с употреблением эвфемизмов и дисфемизмов.

Эвфемизмы - это слово или описательное выражение, которое употребляется в текстах и публичных высказываниях для замены других, считающихся неуместными. В политической лексике эвфемизмы часто используются для обеспечения корректности высказывания. Нередко эвфемизмы применяются и для замены терминов, вызывающих негативную реакцию (так, например, слово «конфликт» воспринимается гораздо позитивнее, чем «война»). Но главный коммуникативный эффект эвфемизмов, функционирующий в текстах СМИ, основан на механизме ассоциативности, благодаря которому «говорящий располагает своего рода формальной защитой… как бы отвлекает внимание собеседника от запретного понятия, подразумевая, по крайней мере формально, другие содержания». В итоге, эффект эвфемизации дает хорошую возможность управления рациональной стороной сознания человека, поскольку отрицательная окраска смысла подменяется кардинально противоположной.

Дисфемизация, напротив, «представляет собой процесс обозначения какого-либо предмета, явления или действия более вульгарным или грубым словом или выражением. Дисфемизмы, находясь в оппозиционных отношениях с эвфемизмами по признаку оценочного ассоциата, являются средством придания большей степени негативнооценочной окраски денотату и ориентированны на отрицательное речевое воздействие на коммуниканта. С позиции речевого воздействия большую роль играют газеты».

Одним из излюбленных коммуникативных терминологических приемов, используемых в американских СМИ, является метафоризация. Метафора - это скрытое сравнение, основанное на переносном значении слова или переносе имени с одной реалии на другую на основании сходства. А.А. Любимова раскрывает смысл использования метафоры в манипуляционных целях следующим образом: употребление метафоры «сводится к подмене рационального обоснования суждения иррациональным, а также вариантом аргумента к авторитету, имеющим формальные признаки выражения общеизвестного факта или непреложной истины». Подобно эвфемизмам метафоризация применяется для установления определенных ассоциативных связей, тем более, что она воздействует и на рациональном, и на эмоциональном уровнях. Основа метафорической коммуникации - образ,

закрепляемый в сознании и влияющий на интерпретацию тех или иных событий или акторов. По сути, такое воздействие остается незамеченным и не вызывает отторжения, а краткость, информативность, содержательная насыщенность привлекают внимание аудитории.

Более специфический для американских СМИ коммуникативный прием заключается в «нагруженном языке», т.е. применении «языковых средств, прежде всего лексики, характеризующейся наличием широкого спектра конденсированных смысловых, эмоциональных, идейно-политических коннотаций». К технологии «нагруженного языка» можно отнести и использование «аффективов» - эмоционально-оценочных слов («слов- лозунгов»). Обычно в число таких языковых средств входят категории, предельно широкие по смыслу и дискурсивные по потенциалу коннотации («достоинство», «милосердие», «вера», «мечта», «истина», «традиция» и т.п.). Но в американской коммуникативной культуре аффективы выполняют особую роль - они тесно связаны с архетипическим, ментальным уровнем восприятия информации и обладают мощным мобилизационным эффектом. Не случайно, что их нередко называют «политическими аффективами», подразумевая «слова- классификаторы, вызывающие однозначную реакцию массовой аудитории». Примерами таких понятий являются «демократия», «свобода», «права человека», «национальная безопасность».

Нельзя также недооценивать важность таких методов, увеличивающих значимость медийного текста, как «эффект присутствия» и «введение эксперта». Эффект присутствия «позволяет направить манипулятивную методику на максимальное достижение необходимого результата. По типу - очевидец всегда прав». Этот способ наибольшим образом распространен в репортажах. За счет приема «эффект присутствия» адресат сообщения

полностью «окунается» в описываемую ситуацию, как бы проникает в нее, является прямым участником событий, наблюдает их изнутри. Что же касается метода «мнение эксперта», его использование делает текст максимально авторитетным, полновесным, внушающим доверие. Категория эксперта обычно конструируется при помощи ряда терминов, имеющих смысловое значение точности, достоверности, правильности, авторитетности. Примерами таких терминов могут выступать такие слова как: «эксперт», «компетентный»,«уполномоченный», «специалист», «советник» и т.д.1

Для той же цели служит и употребление в медийных текстах безличных и неопределенно-личных конструкций. «В таких предложениях частное мнение автора с помощью безличной конструкции выдается за общепризнанную истину»2. Этот прием способствует тому, что слушатель соглашается с мнением высказывающегося или оценивает данную позицию как мнение большинства. В качестве примера можно привести заголовок статьи из газеты «Нью-Йорк Таймс»: «Poisoned Toothpaste in Panama Is Believed to Be From China».

«Считается, что зубная паста с ядовитыми веществами в Панаме, была произведена в Китае». Из названия этой статьи невозможно выделить субъект, который имеет отношение к глаголу «считаться». Нас умышленно вводят в заблуждение и не дают разобраться, а кто, собственно, так полагает - эксперты, проводившие лабораторные исследования, ученые, поставившие эксперимент, рядовые покупатели или же это точка зрения автора статьи. Не имеет значения, что далее в самой статье это может быть конкретизировано, и имеются точные сведения относительно темы. Первоочередным фактором внимания читателя является именно заголовок, и даже если речь идет о выборочном или беглом чтении.

При внешней простое подобных технологий, они оказываются очень эффективным способом формирования смыслового контекста передаваемой

информации. Исследователь СМИ США, филолог А.А. Любимова, в своих работах объясняет, как происходят смещения смыслового акцента при использовании таких методик: «Обосновывается и аргументируется очевидное, не требующее доказательств положение (ассерция), а положение, нуждающееся в доказательстве, выступает в роли пресуппозиции или аксиомы». Таким образом внимание читателя концентрируется не на реальном факте, а на его оценке, которая «не соответствует действительности, вследствие чего реципиенту навязывается необходимая манипулятору точка зрения на определенное событие (факт)»1. Приведем пример, который наглядно показывает, как факты, которые нуждаются в доказательстве, выполняют в медийном тексте роль пресуппозиции, а аргументация базируется на антиномии двух фактов, один из которых не требует доказательств (негативное отношение жителей Афганистана и Пакистана к США), а достоверность другого факта (вручение подарков жителями Ирана) установить трудно или практически невозможно: «They often also look warmly on the United States … In Pakistan, Afghanistan and Egypt, we Americans hand out billions of dollars in aid and are often hated. I come to Iran, and people hand me gifts!» («Они часто довольно тепло относятся к США. В Пакистане, Афганистане и Египте мы - американцы - раздаем миллиарды долларов в поддержку, и нас все равно ненавидят. Я приезжаю в Иран, и люди вручают мне подарки!»).

Приведенные выше примеры показывают очень широкий спектр коммуникативных технологий, используемых американскими СМИ для активного воздействия на общественное мнение. С помощью таких технологий формируется специфическая атмосфера умонастроений, обеспечивающая консолидацию общества или отдельных социально-политических групп вокруг ключевых вопросов «повестки дня». Основополагающим методом становления «корректного» общественного мнения служит выработка убеждений.

Убеждение - это процедура рационального подтверждения, с целью достижения определенного эффекта. Метод убеждения включает в себя активное вовлечение субъекта воздействия, так как ему предлагаются определенные доводы, которые ему необходимо осмыслить и, как следствие, принять или отвергнуть. Переломной предпосылкой генерирования убеждений выступает знание фактов и проблем. Таким образом, неотъемлемая связь убеждения и знания определяется как необходимое условие его максимально результативного оборота в процессе становления общественного мнения.

Активное воздействие на общественное мнение с помощью современных коммуникативных технологий позволяет решать и задачи политической пропаганды. В функционировании общественного мнения, так же, как и его создании, важное место занимает степень осведомленности людей относительно предмета мнения. В этой связи основная цель пропаганды заключается в том, чтобы не только непрерывно сообщать общественности новую информацию по предмету мнения, но и подкреплять сложившееся по этому поводу у масс совершенно конкретное суждение. Здесь уже нередко применяется и прямое манипулирование информацией (существует множество работ, в основном американских, где дается перечень приемов подобного манипулирования: умолчание, селекция, передергивание, искажение, переворачивание и конструирование и др.).

Автор работ по этнической и социальной психологии Крысько В.Г. выделяет следующие способы манипулирования: дозирование информации - метод заключается в том, что аудитории сообщается лишь некоторая часть информации, а остальные данные старательно скрываются. Из этого следует, что настоящие события с различной степенью искажаются в ту или иную сторону, либо полностью трансформируются и становятся неясными; большая ложь - название данного способа манипуляции говорит само за себя. Его суть сводится к смешиванию подлинных фактов с разнообразными домыслами, предположениями, слухами, гипотезами. Вследствие этого становится невыполнимым отделить истину от вымысла; затягивание времени - тактика заключается в том, чтобы под разнообразными предлогами откладывать по времени обнародование какой-либо по-настоящему важной информации до тех пор, пока не станет слишком поздно что-то преобразовать или менять; возвратный удар - принцип в том, что выдуманную (разумеется, в пользу автора) версию некоторых событий через специальных подставных лиц обнародуют в СМИ, не относящихся ни к одним, ни к другим конфликтующим между собой участникам. Пресса противника, как правило, дублирует данную версию, поскольку она кажется со стороны более «объективной», чем позиция противоборствующих сторон конфликта, напрямую заинтересованных в участии; своевременная ложь - прием проявляется в сообщении полностью ложной, но сверх ожидаемой в настоящий период («горячей») информации. Чем сильнее такая информация отражает настроения адресата, тем продуктивнее результат такого метода. Далее обман разоблачается, но к тому моменту накал событий уменьшается, либо необходимый процесс становится необратимым.

Средства массовой информации в силу целого набора своих особенных черт (публичность, доступность, массовость, широкое распространение, направленность воздействия) как нельзя лучше адаптируются для управления общественным сознанием. СМИ очень часто конструируют собственную

«ложную» реальность: заостряя взгляд на одних мелочах и оставляя без внимания другие, они задают своеобразный тон, эмоциональную направленность, определенным образом выстроенные настроения по отношению к фактам действительности, оказывая тем самым воздействие на метаморфозы становления мировоззрения огромного числа людей. Наиболее важным значением языка масс-медиа при манипуляционных действиях выступает воздвижение несоответствующего информационного шаблона происходящего.

1.3 Имиджевая модель политика как медийный продукт

Имея возможность фокусировать общественное внимание на тех или иных проблемах, американские СМИ участвуют в выработке и принятии важнейших властно-управленческих решений, непосредственным образом воздействуют на судьбы людей и страны в целом. Эта взаимосвязь между политическим истеблишментом и средствами массовой информации (владельцы которых сами обладают политической и экономической властью, часто оказываясь более могущественным, чем крупные государственные деятели) является одной из наиболее примечательных черт современного политического процесса. Политическая роль СМИ уже давно не заключается в банальной пропаганде. Медийная картина мира выступает в качестве ключевого ресурса политического капитала. Именно медийное информационное пространство выступает в роли основного фактора легитимизации современных политических режимов. Как справедливо отмечает Г.Г. Дилигенский, «сегодня политический лидер и его последователи практически не имеют между собой никаких контактов, их связь организуется и осуществляется средствами массовой информации».

При этом радикально меняется и само политическое лидерство. Классический феномен «героя и толпы» давно ушел в прошлое. Во многом устарел и классический постулат известного французского политолога Ж. Блонделя «Лидерство - это власть». Современное политическое лидерство представляет собой сложный механизм интеграции и мобилизации социальной активности общества. Находясь в статусно-ролевом взаимодействии с огромным количеством людей в структурах государственной власти, лидер лишь отчасти реализует личностный фактор властных отношений. Гораздо в большую роль играет образ лидера, который выступает в роли рефрена политических коммуникаций, установок, ценностей, «месседжей». Образ лидера в современной политике во многом заменяет партийные программы и предвыборные манифесты. Одновременно, всякий лидер является проекцией ожиданий избравшего его народа, отражением господствующих в обществе умонастроений, чаяний, фобий, надеж, иллюзий и мечтаний.

Средства массой информации являются уникальным инструментом по формированию образа политического лидера, поскольку способны конструировать его непосредственно в ходе коммуникативного процесса. Не случайно поэтому, что в современной политической реальности медийный образ лидера зачастую затмевает реального человека, находящегося во власти. Этот образ, как правило, «является продуктом работы профессиональной команды имидж- и ньюсмейкеров, состоит из визуального образа и постоянно контролируемого текстуально-речевого нарратива, транслируемого искусственно сформированного комплекса политических, социальных, нравственных установок... Целью создания такой фигуры представляется не только сокрытие личных качеств базисного субъекта, но и манипулирование социально значимой информацией, поскольку медиакратический лидер - это вершина всей спин-машины (машины «подкрутки информации»), работающей с политическими информационными потоками».

Поскольку образ политического лидера является ярко выраженным коммуникативным конструктом, то чаще всего к нему применяется понятие

«имидж». В самом широком смысле, «имидж - это искусственный образ, формируемый в общественном или индивидуальном сознании средствами массовой коммуникации и психологического воздействия»2. Имиджевые характеристики представляют собой репрезентацию образа, своего рода модель самоидентификации «от обратного». Именно поэтому для любого политика имидж является семантической и коммуникативной основой его образа.

«Политический имидж - образ политического деятеля, который складывается в

Copyright © 2018 WorldReferat.ru All rights reserved.